Тяжелый хрустальный фужер с вычурной золотой каймой казался Марине не праздничным бокалом, а булыжником, привязанным к руке. Свекровь выбирала посуду лично, «под цвет штор», совершенно не советуясь с невестой.
Марина делала очередной мелкий глоток теплого шампанского только для того, чтобы заглушить тошнотворное чувство тревоги. Ей нужно было не слышать визгливый голос Тамары Игоревны, которая уже пятый час командовала парадом.
Этот «пир на весь мир» был не её свадьбой, а бенефисом свекрови. Марине отводилась роль красивой, бессловесной куклы, обязанной улыбаться и терпеть бесконечные тосты «за маму».
Марина вышла в дамскую комнату всего на пару минут. А когда возвращалась в зал, её перехватил молоденький официант. Он испуганно оглянулся и быстро зашептал:
— Девушка, не пейте из своего бокала. Она туда что-то сыпанула, пока вас не было, я видел.
Эти слова звенели в ушах, перекрывая гул гостей и музыку. Марина села на своё место, чувствуя, как к горлу подступает ледяной ком.
— Ну где ты ходишь? — Тамара Игоревна тут же нависла над ней. От женщины пахло тяжелыми, сладкими духами. — Мы ждём главный тост. «За здоровье будущих внуков»! Давай, милочка, до дна. Это примета такая, нельзя оставлять ни капли.
Марина посмотрела на свой бокал. Пузырьки в золотистой жидкости поднимались вверх весело и беззаботно, скрывая то, что теперь там растворилось.
— Я не буду, — тихо сказала Марина. — Голова кружится.
— Не выдумывай! — вмешался Олег, её новоиспечённый муж. Он уже порядком выпил и теперь смотрел на жену с раздражением. — Мама старалась, доставала это коллекционное игристое. Не позорь меня перед роднёй. Пей.
— Олег, — Марина повернулась к мужу, глядя ему прямо в глаза. — Твоя мать что-то подмешала мне в бокал. Официант видел.
Олег на секунду замер, а потом скривился:
— Ты совсем с ума сошла от нервов? Мама просто поправила салфетку. Хватит истерить, Марина. Это уже не смешно. Пей, я сказал.
В этот момент Марина отчётливо поняла, он не защитит. Никогда. Даже если бы Тамара Игоревна на его глазах подсыпала ей яд, он бы сказал, что это витамины. Лишь бы не расстраивать мамочку.
На шее Марины тяжёлым хомутом висело массивное фамильное колье со старыми рубинами — подарок свекрови. Та надела его перед ЗАГСом со словами: «Теперь ты часть семьи, носи с честью». Сейчас этот холодный металл жёг кожу, словно ошейник.
— Часть семьи… — прошептала Марина.
— Что ты там бубнишь? — Тамара Игоревна подвинула бокал ближе к её руке, глаза хищно блеснули. — Пей, деточка. Тебе сразу полегчает.