— Двести тысяч рублей пропали! Просто испарились со счёта! — Елена стояла посреди гостиной с банковской выпиской в руках, её голос дрожал от ярости и недоумения.
Артём сидел на диване, уткнувшись в телефон, словно ничего особенного не происходило. Его молчание только усиливало тревогу Елены.
— Артём, ты слышишь меня? Деньги, которые мы копили на первоначальный взнос для квартиры, исчезли! Это же наши совместные накопления за три года!
Муж наконец поднял голову, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на вину.
— Лена, давай не будем паниковать. Я всё объясню.
— Объяснишь? — Елена села напротив него, сжимая документ так сильно, что костяшки пальцев побелели. — Пожалуйста, объясни, куда делись наши деньги!
Артём отложил телефон и потёр виски.
— Мама попросила помочь. У неё были проблемы с долгами, коллекторы названивали…
Елена почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Ты отдал наши деньги своей матери? Все двести тысяч?
— Она обещала вернуть через месяц! — Артём попытался оправдаться. — У неё есть покупатель на дачу, как только продаст…
— Покупатель на дачу? — Елена встала, не в силах усидеть на месте. — Ту самую дачу, которую она собирается продать уже пять лет? Артём, ты серьёзно?
В дверь позвонили. Елена пошла открывать, всё ещё кипя от возмущения. На пороге стояла Галина Петровна собственной персоной — свекровь в новой шубе и с дорогой сумкой.
— Леночка, милая! — она прошла мимо невестки, словно та была швейцаром. — Артёмушка дома?
Елена закрыла дверь и проследовала за свекровью в гостиную. Галина Петровна уже обнимала сына.
— Мамочка пришла! — воркovala она. — Как мой мальчик?
— Галина Петровна, — начала Елена, стараясь сохранять спокойствие. — Артём только что рассказал мне про деньги.
Свекровь обернулась к ней с невинным выражением лица.
— Какие деньги, дорогая?
— Двести тысяч, которые вы взяли из наших накоплений!
— Взяла? — Галина Петровна театрально возмутилась. — Я не брала, мне мой сын помог в трудной ситуации! Разве в семье не принято помогать друг другу?
— В семье принято советоваться! — парировала Елена. — Особенно когда речь идёт о совместных деньгах!
Галина Петровна села в кресло, всем своим видом показывая, что разговор её утомляет.
— Леночка, не драматизируй. Деньги я верну, как только продам дачу. Кстати, вот и повод отпраздновать — покупатель нашёлся!
— Правда? — Артём оживился. — Когда сделка?
— На днях встречаемся с нотариусом! — свекровь достала из сумки коробку конфет. — Я даже угощение принесла!
Елена смотрела на эту сцену с растущим недоверием. Новая шуба, дорогая сумка, а деньги якобы нужны были срочно на долги?
— Галина Петровна, если у вас были такие серьёзные долги, откуда новая шуба?
Свекровь поджала губы.
— Это подарок от подруги! Она отдала, потому что ей не подошла! И вообще, я не обязана отчитываться перед тобой в каждой покупке!
— Но наши деньги вы взять не постеснялись!
— Лена! — Артём повысил голос. — Хватит! Мама сказала, что вернёт!
Елена посмотрела на мужа с разочарованием. Он снова выбрал сторону матери.
— Знаешь что? Разбирайтесь сами! — она взяла сумку и направилась к выходу. — Я поеду к родителям!
— Вот и правильно! — донеслось ей вслед от свекрови. — Остынешь и вернёшься! А мы с сыночком пока поужинаем!
Родители Елены жили в соседнем районе. Отец открыл дверь и сразу понял, что дочь расстроена.
— Леночка, что случилось?
За чаем Елена рассказала всю историю. Мать качала головой, отец хмурился.
— Я же говорила тебе с самого начала, — вздохнула мама. — Галина Петровна та ещё штучка. Помнишь, как она на вашей свадьбе устроила сцену, что её не посадили в центр стола?
— Мам, не начинай! — Елена потёрла виски. — Мне нужен совет, что делать!
Отец, Андрей Васильевич, человек практичный и рассудительный, задумчиво постучал пальцами по столу.
— А документы какие-то есть? Расписка, договор займа?
— Какие документы, пап? Артём просто перевёл ей деньги с нашего совместного счёта!
— Плохо, — покачал головой отец. — Без документов доказать что-либо будет сложно. Но есть одна идея.
Он встал и подошёл к книжному шкафу, достал папку с документами.
— Помнишь, мы с мамой собирались продать бабушкину квартиру?
— Ту однушку на Садовой? Да, помню.
— Мы передумали продавать. Хотели сдавать, но если хочешь, можем оформить её на тебя. Будет твоя личная собственность, страховка на случай чего.
Елена удивлённо посмотрела на родителей.
— Но это же… Это слишком щедро!
— Ничего не слишком для нашей единственной дочери! — мама обняла её. — Мы видим, как ты мучаешься. Пусть у тебя будет своя крыша над головой, что бы ни случилось.
— Только есть одно условие, — добавил отец. — Оформим договор дарения только на тебя. Не на вас с Артёмом, а персонально на тебя. И сразу предупреди мужа — это твоя личная собственность.
Елена задумалась. С одной стороны, это выглядело как недоверие к мужу. С другой — после истории с деньгами она понимала необходимость подстраховки.
— Хорошо, папа. Давай оформим.
На следующий день Елена встретилась с отцом у нотариуса. Процедура оформления дарственной прошла быстро. Когда ей вручили ключи от квартиры, она почувствовала странное облегчение. Теперь у неё есть запасной вариант.
Вернувшись домой вечером, она застала Артёма на кухне. Он готовил ужин — явно пытался загладить вину.
— Лен, прости меня, — начал он, едва она вошла. — Я должен был посоветоваться с тобой насчёт денег.
— Да, должен был, — согласилась Елена, садясь за стол. — Артём, нам нужно серьёзно поговорить.
Она рассказала о квартире от родителей, сразу обозначив, что это её личная собственность. Артём выслушал молча, но по его лицу было видно, что новость ему не понравилась.
— То есть ты мне не доверяешь?
— А ты дал мне повод доверять? — Елена смотрела ему прямо в глаза. — Ты отдал наши общие деньги матери без моего согласия!
— Она же вернёт!
— Когда? Через неделю? Месяц? Год?
Артём молчал. В этот момент зазвонил его телефон. На экране высветилось «Мама».
— Да, мам… Что? Как это сорвалось? А покупатель? Понятно… Нет, ничего не понимаю! Хорошо, завтра поговорим.
Он положил трубку и обречённо посмотрел на жену.
— Продажа дачи сорвалась. Покупатель отказался.
Елена даже не удивилась. Она молча встала и пошла в спальню. За спиной послышался голос мужа:
— Лена, ну что ты молчишь? Скажи что-нибудь! Она обернулась.
— А что тут скажешь? Я знала, что так будет. Твоя мать никогда не вернёт эти деньги, и ты это прекрасно понимаешь. Просто не хочешь признавать.
Прошёл месяц. Галина Петровна периодически появлялась в их квартире, каждый раз с новыми покупками и подарками для сына. О возврате денег она предпочитала не вспоминать, а когда Елена намекала, отмахивалась: «Не всё сразу, дорогая! Дачу продать не так просто!»
Елена тем временем начала обустраивать бабушкину квартиру. Она ездила туда после работы, покупала необходимые мелочи, меняла занавески. Это место становилось её личным убежищем.
Однажды вечером, вернувшись домой, она услышала голоса из гостиной. Галина Петровна что-то оживлённо рассказывала Артёму.
— …и представляешь, Светка говорит, что в Турцию сейчас горящие туры! Всего сто тысяч на двоих на неделю! Это же копейки!
Елена замерла в прихожей. Свекровь собирается в Турцию, а их деньги так и не вернула?
Она вошла в гостиную.
— Добрый вечер, Галина Петровна. В отпуск собрались?
Свекровь улыбнулась.
— Да, хочу немного отдохнуть! Нервы совсем расшатались с этой дачей!
— А деньги на отпуск откуда, если не секрет?
— Леночка, что за допрос? — Галина Петровна нахмурилась. — У меня есть небольшие накопления!
— Накопления есть, а двести тысяч вернуть не можете?
— Мама, может, правда, сначала долг вернёшь? — неожиданно подал голос Артём.
Галина Петровна посмотрела на сына с обидой.
— И ты туда же? Я же объяснила — дача не продаётся! Что я могу сделать?
— Можете не ездить в Турцию и начать возвращать долг частями! — предложила Елена.
— Знаешь что? — свекровь встала. — Я не буду выслушивать поучения от девчонки, которая не родила моему сыну даже одного ребёнка за четыре года брака!
Елена почувствовала, как кровь прилила к лицу. Это был удар ниже пояса. Галина Петровна знала, что у них были проблемы с зачатием, что они проходили обследования.
— Мама! — Артём тоже встал. — Это лишнее!
— Что лишнее? Правда? — Галина Петровна взяла сумку. — Может, если бы она меньше о деньгах думала и больше о семье, у меня уже были бы внуки!
Она вышла, хлопнув дверью. Елена стояла, не в силах пошевелиться. Артём подошёл к ней.
— Лен, не слушай её. Она просто разозлилась…
— Она всегда так делает, — тихо сказала Елена. — Когда ей нечего ответить по существу, она бьёт по самому больному.
— Прости её. И меня прости.
Елена посмотрела на мужа.
— Знаешь, Артём, я устала прощать. Твоя мать взяла наши деньги, купила себе шубу, собирается в отпуск, а когда я прошу вернуть долг — оскорбляет меня. И ты всегда на её стороне.
— Я не на её стороне! Я просто…
— Просто не можешь ей противостоять. Я понимаю. Но я больше не могу так жить.
Елена прошла в спальню и достала чемодан.
— Что ты делаешь? — Артём встревоженно смотрел, как она складывает вещи.
— Переезжаю в свою квартиру. Мне нужно время подумать о нашем браке.
— Лена, не надо! Давай поговорим!
— Мы говорим уже четыре года, Артём. Твоя мать всегда будет между нами. Она всегда будет важнее меня.
— Это не так!
— Правда? Тогда почему ты отдал ей наши деньги без моего согласия? Почему позволяешь ей оскорблять меня?
Артём молчал. Елена закрыла чемодан.
— Когда Галина Петровна вернёт наши двести тысяч, позвони мне. Тогда и поговорим.
В бабушкиной квартире было тихо и спокойно. Елена заварила чай и села у окна. Телефон разрывался от звонков Артёма, но она не отвечала. Ей нужно было время всё обдумать.
На следующее утро она проснулась от настойчивого звонка в дверь. За дверью стоял отец.
— Папа? Что-то случилось?
— Твой муж приходил к нам утром. Просил поговорить с тобой.
— И что ты ему сказал?
— Что ты взрослый человек и сама принимаешь решения. Но он передал вот это.
Отец протянул ей конверт. Внутри была расписка от Галины Петровны о получении двухсот тысяч рублей в долг с обязательством вернуть в течение трёх месяцев.
— Он заставил мать написать расписку?
— Похоже на то. И ещё он сказал, что готов на семейную терапию, если ты согласишься.
Елена задумалась. Это был прогресс, но достаточный ли?
Вечером она встретилась с Артёмом в кафе. Он выглядел осунувшимся, словно не спал всю ночь.
— Я поговорил с мамой серьёзно. Сказал, что если она не вернёт деньги, я прекращу с ней общение.
— И как она отреагировала?
— Устроила истерику. Сказала, что я предатель, что выбрал жену вместо матери. Но я сказал, что это она предала моё доверие.
Елена с удивлением смотрела на мужа. Впервые за четыре года он открыто встал на её сторону.
— Расписка — это хорошо, но вернёт ли она деньги?
— Она продаст свою машину. Я проверил — за неё можно получить как раз около двухсот тысяч.
— Но как же она будет ездить на дачу?
— Это её проблемы. Она взрослый человек и должна отвечать за свои поступки.
Елена молчала, обдумывая услышанное.
— Артём, даже если она вернёт деньги, проблема ведь не только в них. Твоя мать всегда будет пытаться контролировать нашу жизнь.
— Я знаю. Поэтому предлагаю переехать. Подальше от неё. Может, в другой район или вообще в пригород. И установить чёткие границы — она может приходить только по приглашению.
— А если она начнёт манипулировать? Болезнями, одиночеством?
— Тогда я буду навещать её сам, без тебя. Но наш дом — это наша территория.
Елена смотрела на мужа, пытаясь понять, насколько серьёзны его намерения.
— Давай попробуем, — наконец сказала она. — Но если ты снова поддашься её манипуляциям, я уйду окончательно.
— Договорились.
Через две недели Галина Петровна действительно продала машину и вернула деньги. Правда, при этом устроила целый спектакль, рыдая и причитая, что сын её бросил ради «этой бессердечной женщины». Но Артём держался стойко.
Они начали искать квартиру в другом районе. Елена решила сдавать бабушкину квартиру — дополнительный доход не помешает. А главное — у неё теперь была уверенность, что в критической ситуации ей есть где жить.
Галина Петровна ещё несколько раз пыталась восстановить прежний уровень влияния. Звонила Артёму по десять раз в день, жаловалась на здоровье, говорила, что умирает от одиночества. Но супруги выработали стратегию — один звонок в день в определённое время, визиты раз в неделю.
— Знаешь, — сказал однажды Артём, когда они обустраивали новую квартиру, — я словно прозрел. Все эти годы мама манипулировала мной, а я даже не замечал.
— Замечал, — поправила его Елена. — Просто было удобнее не сопротивляться.
— Наверное, ты права. Прости меня за все эти годы.
— Главное, чтобы это не повторилось.
Новоселье они отметили скромно — только с родителями Елены и несколькими близкими друзьями. Галину Петровну не пригласили, сославшись на то, что это пока не полноценное новоселье, а просто переезд.
— А когда будет настоящее новоселье? — спросила она по телефону у сына.
— Когда ты научишься уважать мою семью и наши границы, мама.
В трубке повисло молчание. Потом Галина Петровна вздохнула.
— Я стараюсь, сынок. Правда стараюсь. Просто трудно принять, что ты больше не только мой.
— Мам, мне тридцать два года. Я давно не только твой.
— Знаю. Просто… Дай мне время привыкнуть, хорошо?
Елена, слышавшая разговор, кивнула мужу. Возможно, не всё потеряно. Возможно, Галина Петровна действительно способна измениться. А если нет — у них теперь есть чёткие границы и своя территория.
Год спустя, когда Елена сообщила свекрови о беременности, Галина Петровна расплакалась.
— Я буду лучшей бабушкой! Обещаю! И не буду вмешиваться в воспитание!
— Посмотрим, — улыбнулась Елена.
Она знала, что впереди ещё много испытаний. Но теперь у неё была уверенность — они с Артёмом команда. И любые трудности они преодолеют вместе.