— Лена, Кирилл опять не сделал домашку по математике, — сообщила девятилетняя Соня, стоя в дверях кухни с рюкзаком на плече.
Елена Викторовна вздохнула, откладывая чашку кофе. Три месяца назад она вышла замуж за Дмитрия, и в её жизни появились двое детей — четырнадцатилетний Кирилл и Соня. Дмитрий работал вахтовым методом, и большую часть времени дети проводили с ней.
— Соня, не ябедничай, — послышался голос Кирилла из коридора. — И вообще, какое тебе дело?
— Мне не всё равно, что ты двойки получаешь! — огрызнулась девочка.
Елена встала, поправила халат и вышла к детям. Кирилл стоял у зеркала, пытаясь пригладить непослушные волосы.
— Кирилл, это правда? — спросила она мягко.
Подросток пожал плечами:
— Не успел. Вчера с друзьями в футбол играл.
— А когда собираешься сделать?
— Не знаю. На переменке, может быть.
— Кирилл, это неправильно. Домашние задания нужно делать дома, а не в школе.
— Вы же мне не мама, — буркнул мальчик, не поднимая глаз. — Зачем вам это?
Фраза ударила сильнее, чем Елена ожидала. Она замерла, не зная, что ответить.
— Лена о нас заботится, а ты грубишь! — вступилась Соня. — Она же старается!
— Никто её не просил, — отрезал Кирилл и направился к выходу.
— Кирилл, подожди, — остановила его Елена. — Давай поговорим.
— О чём? — он обернулся, и в его глазах читалось раздражение. — О том, что теперь вы будете меня воспитывать? У меня есть мама.
— Есть, — кивнула Елена. — И я её не заменяю. Но пока твой папа на работе, мы живём вместе. И мне хочется, чтобы тебе было хорошо.
— Мне хорошо, когда меня не дёргают, — сказал Кирилл и вышел, хлопнув дверью.
Соня виновато посмотрела на Елену:
— Лена, не расстраивайтесь. Он просто скучает по маме.
— Знаю, солнышко, — Елена погладила девочку по голове. — Идём завтракать. В школу пора.
За завтраком Соня болтала без умолку, рассказывая о предстоящей контрольной по русскому языку и о том, как её подружка Катя получила пятёрку за сочинение.
— А я вчера начала писать сочинение о семье, — неожиданно сообщила девочка. — Но не знаю, что про вас написать.
— Про меня? — удивилась Елена.
— Ну да. Вы же теперь в нашей семье живёте. Но вы не мама и не тётя. Кто вы тогда?
Елена задумалась. Действительно, кто она для этих детей? Чужая женщина, которая внезапно появилась в их жизни? Или что-то большее?
— Знаешь, Соня, — сказала она наконец, — а давай так: я буду просто Лена…Та, что живёт с вами под одной крышей и, как ни крути, искренне хочет, чтобы у вас всё было хорошо.
— А можно, я буду называть вас мамой Леной? — вдруг робко спросила девочка, чуть прикусив губу. — У нас же теперь две мамы: мама Таня и вы, мама Лена.
Елена улыбнулась — мягко, почти растерянно, будто её сердце в этот момент стало чуть-чуть больше.
— Можно, конечно, — кивнула она. — Если тебе так нравится.
— Хочу! — обрадовалась Соня. — А Кирилл тоже будет так говорить?
— Не знаю. Это его выбор.
Вечером Елена готовила ужин, когда домой вернулся Кирилл. Вид у него был помятый, в дневнике красовалась двойка по математике.
— Ну что, довольны? — буркнул он, с грохотом швыряя дневник на стол.
Елена не сразу ответила. Она продолжала что-то раскладывать по полкам, словно пытаясь собрать мысли в кучу. А потом спокойно, даже чуть печально сказала:
— Кирилл, я не в восторге. Мне не радостно от твоей двойки — наоборот, мне жаль, что у тебя так вышло.
— Почему вам жалко? Я же не ваш сын.
— Но ты сын человека, которого я люблю. И ты хороший мальчик. А хорошие мальчики не должны получать двойки из-за того, что не хотят делать домашние задания.
Кирилл помолчал:
— Вы правда думаете, что я хороший?
— Думаю. Ты добрый, умный, заботишься о сестре. Просто сейчас тебе трудно. Я понимаю.
— Откуда вы знаете, что мне трудно?
Елена обернулась:
— Потому что любой подросток переживает, когда родители разводятся. А когда в доме появляется новый человек, становится ещё сложнее.
— Я не переживаю, — упрямо бросил Кирилл. — Мне вообще всё равно.
Елена помолчала и спокойно, без осуждения, сказала:
— Кирилл, если тебе когда-нибудь захочется поговорить… Или если я вдруг что-то делаю не так — просто скажи, ладно? Я правда не хочу, чтобы в своём доме тебе было неуютно.
Мальчик неожиданно опустил голову:
— А что, если папа разлюбит нас? И вообще про нас забудет?
— Этого не случится, — уверенно сказала Елена. — Дети — это самое главное в жизни любого родителя. Папа вас очень любит.
— Но он же теперь вас любит. Значит, нас меньше.
— Любовь не делится, Кирилл. Она умножается. Твой папа любит меня — но это не значит, что он меньше любит вас.
— А вы? — вдруг спросил мальчик. — Вы нас любите?
Елена отложила нож, которым резала овощи:
— Знаешь, когда я выходила замуж за твоего папу, я думала, что буду просто жить в одном доме с его детьми. Но оказалось, что я не могу просто жить рядом. Мне хочется заботиться о вас, волноваться, радоваться вашим успехам… Это и есть любовь, наверное.
— Даже когда я грублю?
— Даже когда ты грубишь. Хотя мне это не нравится.
Кирилл помолчал, потом сказал:
— Извините за сегодняшнее утро. Я был злой.
— Понятно. Но злость — это не повод обижать других.
— Знаю. Я больше не буду.
— А домашние задания будешь делать?
— Буду, — вздохнул Кирилл. — А вы мне поможете разобраться с математикой?
— Конечно. После ужина сядем вместе.
В этот вечер они втроём сидели за столом: Елена объясняла Кириллу задачи, а Соня делала аппликацию. Тихо, по-домашнему, уютно.
— А знаете, — сказала Соня, не отрываясь от работы, — в сочинении я написала, что мама Лена — это подарок, который папа привёз нам из командировки.
— Интересно, — улыбнулась Елена. — А что ещё написала?
— Что мама Лена умеет готовить блины, помогает с уроками и не ругается, когда я разбрасываю игрушки. А ещё она не заменяет маму Таню, а дополняет.
— Дополняет? — переспросил Кирилл. — Как это?
— Ну, у мамы Тани мы живём по выходным, а у мамы Лены — каждый день. Мама Таня покупает нам сладости и водит в кино, а мама Лена следит, чтобы мы зубы чистили и домашку делали.
— И кто лучше? — спросила Елена.
— А никто не лучше, — серьёзно сказала Соня. — Они разные. Но обе нужные.
Кирилл отложил ручку:
— Значит, у нас теперь две мамы?
— Получается, да, — кивнула Соня. — Одна родная, другая… как назвать?
— Приёмная, — предложил Кирилл.
— Нет, — покачала головой девочка. — Приёмная — это когда детей в семью берут. А маму Лену не мы взяли, а папа её к нам привёл.
— Тогда как?
— Дополнительная мама, — решила Соня. — Как дополнительные уроки. Нужные, но не обязательные.
— Обязательные, — возразил Кирилл. — Потому что без мамы Лены мы бы голодные сидели, пока папа в командировке.
— И домашку не делали бы, — добавила Соня.
— И двойки получали, — согласился Кирилл.
— Значит, обязательная дополнительная мама, — заключила Соня.
Елена слушала их разговор и чувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Она не родила этих детей, но они принимали её в свою жизнь. По-детски просто, без лишних сложностей.
Через неделю Дмитрий вернулся из командировки. За ужином дети наперебой рассказывали ему новости.
— Пап, а знаешь, у нас теперь обязательная дополнительная мама! — сообщила Соня.
— Как это? — удивился Дмитрий.
— Это мама Лена. Она обязательная, потому что без неё мы бы пропали, и дополнительная, потому что основная мама у нас есть.
— А ты согласен? — спросил Дмитрий у Кирилла.
— Согласен, — кивнул мальчик. — Мама Лена помогла мне исправить двойку по математике. И объясняет лучше, чем учительница.
— А как вы думаете, что скажет мама Таня? — осторожно спросил Дмитрий.
— А мы её уже спрашивали, — сказала Соня. — Когда были у неё в воскресенье. Она сказала, что хорошо, когда о детях заботятся.
— И что лучше иметь две мамы, чем ни одной, — добавил Кирилл.
— Умная у вас мама, — сказала Елена.
Поздним вечером, когда дети уже спали, Дмитрий сказал:
— Спасибо тебе. За то, что приняла их.
— Это они меня приняли, — ответила Елена. — Я просто старалась не мешать.
— Кирилл очень изменился. Стал спокойнее, увереннее.
— Ему просто нужно было время. И понимание, что никто не хочет заменить его маму.
— А Соня просто расцвела рядом с тобой.
— Она удивительная девочка. Мудрая не по годам.
— Знаешь, — тихо сказал Дмитрий, бережно обнимая жену, — я раньше думал, что самое трудное в наших отношениях — это дети. А оказалось, что именно с детьми всё проще всего.
Елена улыбнулась, посмотрела ему в глаза и ответила:
— Потому что дети — они честные. С ними не нужно играть, и не надо притворяться. Они просто чувствуют: кто нужен, а кто нет. И принимают по-настоящему.
— И ты им нужна.
— И они мне нужны. Я даже не представляла, что можно так любить чужих детей.
— Не чужих, — поправил Дмитрий. — Уже твоих. Может, не рождённых тобой, но твоих.
А в соседней комнате Соня шептала Кириллу:
— Кирилл, а мне кажется, мама Лена нас правда любит.
— Мне тоже кажется, — ответил брат. — А знаешь, мне с ней хорошо. Она не пытается заменить маму Таню. Она просто мама Лена.
— И это здорово, — согласилась Соня. — Значит, у нас самая большая семья в классе.
— Да. Мама Таня, папа, мама Лена, ты и я.
— А ещё дедушки и бабушки со всех сторон, — добавила Соня.
— Получается, нас целая толпа, — засмеялся Кирилл.
— Толпа людей, которые нас любят, — уточнила Соня. — Это же хорошо.
— Отлично, — согласился Кирилл и подумал, что завтра обязательно скажет маме Лене спасибо. За математику, за терпение, за то, что она просто есть.
А в этой благодарности было куда больше настоящей близости, чем в любых кровных узах. Потому что семья — это ведь не просто те, кто дал тебе жизнь. Семья — это ещё и те, кто делает твой мир ярче, наполняет его теплом и заботой. Это люди, рядом с которыми тебе спокойно, у которых о тебе всегда болит сердце — не на словах, а по-настоящему. Это те, ради кого хочется возвращаться домой, кто волнуется за тебя, кто переживает твои радости и беды, будто свои собственные. Вот она — настоящая семья.
И кого ты сам выбираешь любить.