— Никогда бы не подумала, что из тебя вырастет такая карьеристка, — произнесла мать, недовольно сжав губы. — У всех моих подруг дети давно семьи создали, уже внуков нянчат. А я одна будто не при делах, как белая ворона.
Она на секунду умолкла, но почти сразу снова заговорила:
— Мария, ну роди ты мне внучку. Я сама ею займусь, сама воспитаю. А ты дальше строй свою ненаглядную карьеру, раз она тебе так дорога. Ну пожалуйста, роди, а?
Мать посмотрела на дочь с такой надеждой, что Мария даже растерялась и не сразу нашла, что ответить.
— Мам, ты вообще слышишь себя? — наконец выдохнула она. — Я ни с кем не встречаюсь. И потом, почему сразу внучку? Что за дискриминация? А если сын родится, он тебе уже не нужен?
— А почему это ты ни с кем не встречаешься? — тут же спросила мать, будто именно это было главным.
— Потому что мне никто не нравится, — Мария пожала плечами. — Совсем никто.
— Сейчас ребенка можно завести и без мужчины рядом, — неожиданно заявила мать. — Доноры есть.
— Мама! — Мария закатила глаза. — Я не хочу никаких доноров, ясно? И вообще, ты просишь именно внучку. А если родится мальчик? Что тогда? Наше соглашение автоматически отменяется, и ребенок полностью переходит на меня? Нет уж, я в такие странные игры не играю.
— Сейчас, если постараться, можно и пол выбрать, — не сдавалась мать.
— Насколько мне известно, нельзя, — сухо возразила Мария.
— Значит, надо просто дать денег кому следует, — уверенно сказала та.
— Всё. Хватит. Тема закрыта, — отрезала Мария. — Тебе еще что-нибудь нужно?
— Ничего мне не нужно. Иди, работай дальше. Пусть твоя мать и дальше мучается в одиночестве! — мать снова поджала губы и demonstratively отвернулась к окну.
Мария тяжело вздохнула и направилась в прихожую. К сожалению для матери, подобные приемы давно перестали на нее действовать. Она только никак не могла понять, почему взрослая женщина, прожившая жизнь и вроде бы набравшаяся мудрости, порой ведет себя как капризный ребенок.
Она накинула куртку, обулась в кроссовки и еще пару минут постояла у двери, надеясь, что мать все-таки выйдет проводить ее. Но та даже не шелохнулась.
— Пока, мам, — негромко сказала Мария и вышла из квартиры.
………………………
На самом деле Мария была взвинчена. Она почти всегда уходила от матери с раздражением и тяжелым осадком на душе, потому что каждая встреча заканчивалась одинаково: мать обижалась, а Мария чувствовала себя виноватой, хотя вроде бы ничего плохого не сделала. Их разговоры неизменно превращались в маленькие ссоры, и эта повторяющаяся сцена давно выматывала ее.
В автобусе она снова и снова прокручивала в голове недавний диалог. Отдельные фразы матери всплывали одна за другой, цепляли, раздражали, заставляли то злиться, то жалеть ее. Когда Мария вышла на своей остановке, то решила не идти сразу домой. Ей захотелось хотя бы несколько минут побыть в тишине и выпить кофе. Она зашла в ближайшее кафе, заказала напиток навынос, взяла стаканчик, обернулась — и застыла.
— Маш, привет! — раздалось у нее за спиной.
Перед ней стоял Никита. Тот самый Никита. Ее бывший. Сердце Марии сначала будто провалилось куда-то в пустоту, потом резко взлетело вверх и заколотилось так быстро, что стало трудно дышать. Лицо вспыхнуло жаром, ладони мгновенно стали влажными.
— П-привет, — она попыталась улыбнуться, хотя улыбка вышла неуверенной. — Какими судьбами?
— Да вот, проходил мимо, решил кофе взять.
Он сделал заказ, расплатился, а затем снова повернулся к Марии, словно эта встреча была самой обычной.
— Ну что, рассказывай. Как у тебя дела? — спросил он.
— Нормально, — ответила она, стараясь звучать спокойно. — А у тебя?
— Ваш кофе, пожалуйста, — вмешался бариста, поставив стакан на стойку.
— Спасибо, — сказал Никита.
Они вместе вышли из кафе. Мария держала свой кофе обеими руками, будто стакан мог помочь ей удержаться на месте и не выдать, как сильно ее трясет изнутри.
— У меня тоже все хорошо, — произнес Никита уже на улице. — Может, тебе с чем-нибудь помочь?
— Нет, — Мария отрицательно покачала головой.
— Если вдруг понадобится — обращайся. Ты же знаешь, если я что-то обещаю, то слово держу.
— Да, конечно, — тихо ответила она.
Еще через пару минут они попрощались. Никита свернул в сторону своего дома, а Мария, сделав несколько шагов, добралась до ближайшей лавочки и почти рухнула на нее. Глаза тут же наполнились слезами. Она закрыла лицо ладонями, пытаясь справиться с внезапно накатившей волной боли.
«Какой кошмар… Я ведь до сих пор люблю его», — пронеслось у нее в голове.
И это было правдой, хотя с момента их расставания прошло уже больше года. Причем ушла тогда именно Мария. Наверное, на ее месте многие поступили бы так же. Когда человек говорит тебе, что не уверен в своей любви, когда одной фразой рушатся все мечты о совместном будущем, оставаться рядом и ждать чуда становится бессмысленно. Но чувства оказались сильнее здравого смысла.