За рулём сидел Денис. На пассажирском месте устроилась его сестра, на заднем — дети. Я уже почти видела, какой поднимется шум, когда машину остановят.
Но потом взгляд снова упал на пустой крючок в прихожей, где должны были висеть ключи, и в голове всплыло Оксанино пренебрежительное: «Коробки возишь и шарики развешиваешь».
Нет. В этот раз пусть сами разбираются с тем, что натворили.
Грузовое такси влетело мне почти в две тысячи гривен. Водитель ещё и задержался, на складе пришлось в панике грузить конструкции, а на площадку мы добрались с опозданием на двадцать пять минут. Клиентка уже заметно нервничала.
— Юлия, у нас гости через три часа, — сказала она, то и дело поглядывая на часы.
— Всё успеем. Извините за задержку, возникли проблемы с транспортом.
В подробности я вдаваться не стала. Следующие три часа мы с помощниками носились по площадке без остановки, так что я даже глотка воды сделать не успела. И только когда последняя гирлянда оказалась на своём месте, а клиентка наконец-то выдохнула и улыбнулась, я впервые за всё утро достала телефон.
Двадцать три пропущенных вызова.
Сообщения от Дениса сыпались одно за другим.
«Ты правда написала заявление?»
«Нас остановили».
«Срочно перезвони».
«Юля, тут дети».
Потом начала писать Оксана.
«Ну ты и дрянь».
«Нас в отделение везут».
«Дети из-за тебя ревут».
Последнее сообщение пришло десять минут назад:
«Если в тебе осталось хоть немного человеческого, приезжай и скажи, что претензий не имеешь».
Я перечитала эти строки два раза и вдруг тихо усмехнулась. Забавно: когда они забирали мою машину, наличие во мне чего-то человеческого никого не волновало.
В отделение полиции я приехала примерно к четырём.
Денис стоял у входа и курил. Заметив меня, он сразу швырнул сигарету в сторону и быстрым шагом направился навстречу.
— Ты вообще в своём уме?
— Здравствуй.
— Какое ещё «здравствуй»? Ты хоть понимаешь, что устроила?
— Понимаю. А ты?
Он резко повёл плечом и заговорил тише:
— Сейчас просто скажи, что произошло недоразумение. Что я мог взять машину. Дома потом всё обсудим.
— Ты мог?
— Юля, не цепляйся к словам. Оксана с детьми с утра здесь торчит.
— А по какой причине она здесь торчит?
Денис посмотрел на меня так, будто я специально над ним издевалась.
— Потому что ты заявление написала!
— Нет. Потому что вы взяли чужой автомобиль после того, как вам прямо сказали его не брать.
Он уже собрался что-то ответить, но в этот момент из здания вышла Оксана.
Вид у неё был действительно измотанный. Волосы выбились из причёски, лицо раскраснелось, дети сидели в коридоре на лавке с планшетом и бутылкой воды. На какую-то секунду мне стало их искренне жаль. Они точно не отвечали за то, что взрослые решили устроить эту поездку.
Но Оксана очень быстро избавила меня от лишней жалости.
— Ну что, насладилась? — она почти налетела на меня. — Посмотрела? Теперь иди и забирай своё заявление.
— Не ори.
— Буду орать! Нас сюда как преступников привезли! У сына истерика случилась!
— А что ты сказала, когда я попросила вернуть машину?
— Потому что нормальные люди не вызывают полицию на родню!
— Нормальная родня не забирает чужую машину.
— Чужую? Это машина семьи твоего брата!
Я даже не сразу осознала, что именно она произнесла.
— Какой ещё семьи моего брата?
— Вашей семьи! Какая разница, на кого она оформлена? Вы же муж и жена.
— Разница огромная. Особенно после того, что произошло сегодня утром.
Денис схватил сестру за локоть.
— Оксан, хватит.
— Нет, пусть послушает! — Она выдернула руку. — Четыре года замужем, а всё одно и то же: «моё», «моё». Машина моя, работа моя, деньги мои. А семья тогда где?
Я перевела взгляд на мужа.
— Денис, ты тоже так думаешь?
Он отвёл глаза.
И этого ответа мне хватило.
Внутри мы ещё долго всё объясняли. Я не настаивала, чтобы Дениса обязательно наказали по всей строгости, но и делать вид, будто он получил моё согласие, отказалась. Машину мне вернули. Когда ключи оказались у меня в руках, Денис попытался забрать их.
— Я поведу.
— Нет.
— Ты устала.
— Я сама сяду за руль.
Оксана услышала и презрительно фыркнула:
— Господи, теперь она, наверное, от ключей до самой смерти не отойдёт.
Я не стала ей отвечать.
На парковке я обошла машину кругом и сразу заметила длинную царапину на правой двери.
— Это что такое?
Денис подошёл ближе.
— Где?
— Вот здесь.
Он провёл пальцем по повреждению.
— Может, уже было?
Я медленно повернулась к нему.
— Не было.
Оксана, стоявшая в нескольких шагах, внезапно с огромным интересом уставилась в телефон.
— Оксана?
— Что?
— Откуда царапина?
— Откуда мне знать?
— Вы сегодня где-нибудь останавливались?
— На заправке.
— И?
Она раздражённо выдохнула.
— Ну, может, тележкой задели. Я не видела. Господи, там же маленькая полоска.
Полоска тянулась почти через всю дверь.
Я достала телефон и сфотографировала повреждение.
— Ты ещё счёт мне выстави, — криво усмехнулась Оксана.
— Выставлю.
Улыбка с её лица исчезла.
Домой мы с Денисом добирались по отдельности. Я ехала на «Соболе», он — на такси. Первые полчаса дома он молчал, ходил из комнаты в комнату, а потом всё-таки остановился в дверях кухни.
— И что теперь? Неделю разговаривать со мной не будешь?
— Нет. Я хочу поговорить прямо сейчас.
— Прекрасно. Давай.
Я положила перед ним телефон.
— Две тысячи сто двадцать гривен за грузовое такси. Завтра поеду оценивать ремонт двери. Всё это будете оплачивать вы с Оксаной.
— Я же сказал, такси оплачу.
— Не ты один. Вы оба. Потому что решение вы принимали вместе.
Денис усмехнулся.
— Ты уже бухгалтерию открыла?
— Да. Потому что сегодня утром выяснилось, что слов ты не понимаешь.