Хотя, если честно, тогда им обоим было уже далеко не семнадцать: с Дмитрием Татьяна познакомилась, когда каждый из них приближался к тридцати.
Ей вообще редко везло в сердечных делах. Татьяна почему-то неизменно увлекалась теми мужчинами, которым сама была совершенно безразлична. А вот чтобы кто-то по-настоящему добивался её внимания, она такого, пожалуй, и припомнить не могла.
К Дмитрию сильного чувства у неё тоже не было. Встречаться с ним она начала скорее от пустоты и усталости, чем от желания. Зато её матери он сразу пришёлся по душе: спокойный, надёжный, без дурных привычек и, что особенно важно, не избалованный женским вниманием. Мама тогда вынесла свой твёрдый приговор: если Татьяна упустит такого мужчину, то замуж может вообще никогда не выйти.
— Но я же его не люблю, — пыталась возразить Татьяна.
— В твоём возрасте уже не до ожидания сказочной любви, — отрезала мать. — Бери то, что есть, пока и это не ушло. Хоть раз в жизни женой побываешь, а дальше видно будет.
Татьяна долго сомневалась, но в итоге, как и всегда, сделала так, как советовала мама. Когда смущённый Дмитрий, путаясь в словах, неловко предложил ей руку и сердце, она ответила согласием. А в день свадьбы даже убедила себя, что со временем сумеет привязаться к нему, полюбить и, возможно, стать счастливой.
Только семья у них вышла какая-то странная. Скорее тихий союз двух удобных друг другу людей, чем настоящий брак. Они не лезли в душу, не устраивали сцен, почти не ругались. Каждый жил рядом с другим, не мешая и не требуя лишнего.
Ребёнка Татьяна хотела сразу. Ей казалось, что малыш оживит их дом, наполнит отношения смыслом, сделает их с Дмитрием ближе. Но беременность не наступала. Поначалу она старалась не паниковать: не у всех ведь получается с первого месяца. Однако годы шли, а ничего не менялось. Тогда тревога стала сильнее терпения, и Татьяна обратилась в клинику.
Там она постепенно сблизилась со своим врачом — Мариной Сергеевной. Та была всего на два года старше Татьяны, поэтому общаться с ней оказалось легко. В какой-то момент их разговоры стали почти доверительными. Именно Марина Сергеевна после очередного обследования осторожно предложила Татьяне задуматься об ЭКО.
С Дмитрием Татьяна пыталась обсудить это не раз. Но муж каждый раз реагировал с недоверием и раздражением. Он говорил, что неизвестно, что ей там подсадят и кто потом родится. Называл всё это вмешательством против природы, способом выкачать деньги и пустой надеждой для отчаявшихся женщин.
Но желание стать матерью оказалось сильнее его сомнений. Татьяна уговаривала, объясняла, просила дать им хотя бы один шанс. В конце концов Дмитрий сдался, но только на её условиях: одна попытка. Если ничего не выйдет, она больше не поднимет эту тему.
— Делай как знаешь, — махнул он рукой, будто речь шла не об их будущем, а о какой-то бытовой мелочи.
Татьяна прошла подготовку, сдала все необходимые анализы и сегодня ехала в клинику, чтобы забрать результаты и обсудить с врачом дальнейший план.
Однако в кабинете вместо Марины, как она уже мысленно называла Марину Сергеевну, за столом сидел молодой симпатичный доктор.
— Ой, простите… А Марина… Марина Сергеевна?.. — растерялась Татьяна, остановившись у двери.
— Она уехала на похороны. Вернётся не раньше следующей недели, — сообщил врач и попытался придать лицу серьёзное выражение.
— Странно… Она меня не предупредила, — огорчённо сказала Татьяна.
— Вы были записаны? Я могу принять вас вместо неё. Назовите фамилию, пожалуйста, — доктор потянулся к стопке амбулаторных карт, лежавших на краю стола.
— Наверное, я лучше приду потом, когда Марина Сергеевна вернётся, — неуверенно ответила Татьяна. Обсуждать такие вопросы с незнакомым молодым мужчиной ей было неловко. А уж о возможном осмотре она и думать не хотела.
— Как хотите. Если, конечно, можете подождать, — произнёс он с заметным недовольством.
Татьяна уже коснулась дверной ручки, но вдруг вспомнила об анализах. Не зря же она добиралась в клинику в такую погоду.
— Меня зовут Татьяна Юрьевна Ершова. Я могу хотя бы узнать результаты?
— Разумеется, — сразу ответил доктор. — Присаживайтесь.