«А где твои сбережения?» — Сергей обвинил Наталью, она застыла с полотенцем в руках

Бесчеловечно и несправедливо платить за чужие ошибки.

Наталья стояла у раковины, домывая тарелки, и невольно прислушивалась к очередному телефонному разговору мужа. Сергей говорил неровно: то почти срывался на крик, то вдруг понижал голос до резкого шепота. Он метался по кухне из угла в угол, и каждый его шаг будто отдавался у Натальи в голове глухой, тяжелой болью.

— Я всё понимаю, Андрей, но это же полная несправедливость! — почти выкрикнул он в трубку. — Нет, я не требую, чтобы ты сам залезал в долги… Да, понял я, понял.

Он резко отключил вызов и бросил телефон на стол. Аппарат с тупым стуком ударился о столешницу, и Наталья непроизвольно вздрогнула.

— Ну как? — негромко спросила она, вытирая мокрые ладони кухонным полотенцем.

— Как-как! — Сергей зло сверкнул глазами. — Никак. Банк отказал. Тот придурок из страховой, который клялся всё устроить, теперь вообще не отвечает. А завтра у меня последний день. Ты ведь знаешь, кредит я оформлял по липовым справкам. Если не внесу деньги, всё всплывет, и с работы меня вышвырнут.

— Может, набери Дмитрию? Вы же с детства дружите…

— Да звонил я ему! — сорвался Сергей. — У него сейчас ремонт, ипотека, долгов выше крыши. Сказал, что помог бы, если бы было чем.

Наталья устало выдохнула. Она прекрасно понимала, к чему всё идет. Сценарий всегда повторялся: сперва давящая пауза, затем тяжелый пристальный взгляд, а после — фразы, которые она уже могла произнести вместо него.

Сергей подошел к окну, обеими руками вцепился в подоконник и уставился во двор. Спина у него стала жесткой, плечи напряглись. Наталья заметила, как он то сжимает пальцы в кулаки, то разжимает их, и внутри у нее неприятно похолодело.

— Слушай… — вдруг сказал он и резко обернулся. — А где твои сбережения?

Наталья застыла с полотенцем в руках.

— Какие еще сбережения?

— Не притворяйся, ты поняла. Ты же откладывала, когда работала в том агентстве. Деньги должны были остаться.

— Сергей, там были сущие копейки. Мы давно их потратили на твою машину, еще два года назад, помнишь? После той аварии…

— Ну конечно! — перебил он с раздражением. — Опять выходит, что во всем виноват я! Но у тебя наверняка что-то припрятано. Я видел твою сберкнижку, там была сумма. Не вздумай мне врать.

— Там было пятьдесят тысяч гривен, Сергей. И я отдала их, когда у твоей мамы случился сердечный приступ. Ты сам меня просил, забыл?