— Я же говорил, неловко выйдет… — пробормотал Никита, опуская глаза. — Может, я всё-таки к ребятам в общежитие поеду, правда.
— Куда собрался? Стоять! — резко гаркнула Лариса и так ухватила его за рукав куртки, что ткань жалобно хрустнула под пальцами.
Не дожидаясь разрешения, она стянула обувь прямо у порога, оставив её как попало, и уверенным хозяйским шагом направилась в гостиную, волоча за собой пакет с плечиками для одежды.
— Это ещё что за «другое место»? — возмутилась она, даже не оборачиваясь. — Анастасия, ты себя слышишь? Квартира, между прочим, и моего сына тоже. Значит, и мы имеем право здесь находиться.
Анастасия молча прошла следом. В просторной гостиной ещё держался запах свежей краски и нового дерева. Комната пока выглядела почти пустой: обеденный стол она приобрести не успела, зато в центре уже стоял большой диван, выбранный ею с таким трудом. Лариса без малейшего смущения рухнула на него и удовлетворённо похлопала ладонью по мягкой обивке.
— Так, Никиточка, ставь сумки вон туда, к стенке, — распорядилась она таким тоном, будто давно тут жила. — Ты будешь спать здесь, диван широкий. А я устроюсь на кухне, там, кажется, тоже есть раскладной уголок. Завтра борща наварю, а то Денис жаловался: кормишь его одними доставками. Так и желудок мужчине испортишь!
— Вы здесь нигде устраиваться не будете, — ровно произнесла Анастасия.
Её до сих пор поражала эта непрошибаемая уверенность Ларисы в собственных правах. Свекровь искренне считала: всё, чего добилась невестка, автоматически становилось общим достоянием всей многочисленной родни. Купила Анастасия машину — значит, обязана возить Ларису по её делам. Открыла салон — значит, тётушки и кузины должны обслуживаться бесплатно. Теперь, видимо, очередь дошла до квартиры.
— Ой, не начинай жадничать! — Лариса махнула рукой, словно отгоняла назойливую мошку. — Три комнаты стоят пустые. Тебе что, жалко? Никита парень спокойный: днём будет по собеседованиям бегать, вечером за ноутбуком посидит. Ты его и не заметишь. А я за домом присмотрю, порядок наведу.
— За моим домом присматривать не требуется.
— Да конечно! — свекровь коротко хмыкнула. — Знаю я твой порядок. С утра до ночи на работе, пыль, небось, лежит слоями. Денис мне всё рассказывает. Бедный мальчик живёт как в казарме: ни тепла, ни заботы, ни нормальной еды.
Анастасия достала телефон из кармана.
— Это ты кому собралась звонить? — Лариса тут же насторожилась и прищурилась.
— Твоему сыну. Моему мужу, — сухо ответила Анастасия, нажимая вызов и сразу включая громкую связь.
Гудки тянулись долго. Денис явно не спешил отвечать. Он всегда так делал, когда заранее чувствовал, что разговор будет неприятным. Наконец динамик ожил, и в комнате прозвучал его виновато-ласковый голос:
— Да, Настенька. Ты уже дома?
— Дома, Денис. И, представь себе, у нас тут сюрприз.
— Какой ещё сюрприз? — спросил он слишком поспешно, неумело изображая удивление.
— Твоя мама приехала. С Никитой. Сообщают, что собираются у нас жить. И уверяют, будто ты не возражаешь.
На другом конце линии сразу воцарилось тяжёлое молчание.