В переписке с Ириной Марина быстро отыскала нужную строку. Сообщение было тем самым, без двусмысленностей и намёков: «Все эти накопления отложены на лечение мамы». Она развернула телефон экраном к Сергею.
— Она была в курсе.
Сергей пробежал глазами текст. Плечи у него едва заметно просели. Не как у человека, которому стало стыдно, а как у того, кого застали на месте. И именно это ударило Марину больнее всего.
— Я думал, потом ты всё поймёшь, — глухо произнёс он.
— Потом? Когда я приеду в клинику и услышу, что платить нечем?
— Я рассчитывал вернуть до того, как понадобится оплата.
— Ты даже не знал, что платить надо завтра.
— Я…
Он оборвал фразу, так и не найдя продолжения.
Марина погасила экран и положила телефон рядом с папкой.
— Каким образом ты зашёл в приложение?
Сергей отвёл взгляд.
— Да какая теперь разница?
— Огромная.
— Марин, не надо выставлять меня преступником.
— Я задала конкретный вопрос. Как ты попал в мой банковский кабинет?
Он несколько секунд стоял молча, потом опустился на стул. На лице появилось раздражение — будто это его сейчас несправедливо прижали к стене и вынудили оправдываться.
— Телефон лежал дома. Ты сама оставила его заряжаться.
Марина вспомнила утро. Она действительно спешила, телефон стоял на зарядке на кухне, а забрала она его уже почти перед выходом. Сергей тогда ещё был в квартире и сказал, что выйдет позже.
— Код ты знал?
— Ты сама мне его называла.
— Когда?
— Когда надо было оплатить доставку лекарств для твоей мамы. Я открывал аптечное приложение, телефон заблокировался, ты продиктовала.
Марина на мгновение прикрыла глаза. Да, такое было. Она тогда мыла руки после улицы, курьер ждал подтверждение, и она, не придав этому значения, просто сказала код вслух. Обычная мелочь, бытовая секунда, которая теперь обернулась предательством.
— Банк просил подтверждение операции?
— Код пришёл уведомлением.
— И уведомления ты тоже отключил?
Сергей молчал слишком долго.
Марина шагнула ближе к столу.
— Значит, ты заранее понимал, что я увижу перевод.
— Я не хотел, чтобы ты сорвалась и начала названивать Ирине.
Марина тихо усмехнулась. Коротко, сухо, без тени веселья.
— То есть ты не просто взял деньги. Ты ещё позаботился, чтобы я не сразу это заметила.
— Я собирался всё рассказать.
— Когда именно?
— Сегодня.
— После того как сам подберёшь удобную формулировку?
— Я хотел объяснить нормально.
— Нормально украсть нельзя, Сергей.
Он резко выпрямился.
— Я у тебя ничего не крал!
— Ты без разрешения взял мой телефон, вошёл в мой банк, отправил деньги своей сестре и выключил уведомления. Как это, по-твоему, называется?
Сергей открыл рот, но ответа не нашёл.
Марина заметила, как у него на виске дёрнулась жилка. Раньше в такие минуты она сдавалась: начинала говорить мягче, подбирала слова, помогала ему сохранить лицо. Сейчас внутри не осталось ни малейшего желания делать это.
— Где деньги?
— У Ирины.
— Пусть возвращает.
— Прямо сейчас?
— Именно сейчас.
Сергей нахмурился.
— Ты понимаешь, что часть они уже могли потратить дальше?
— Меня это не касается.
— Не будь такой жестокой.
Марина аккуратно сложила медицинские бумаги обратно в папку. Движения были спокойными и точными.
— Жестоко — это забрать деньги у больной женщины и даже не спросить её дочь.
— Я хотел помочь сестре!
— За мой счёт.
— Я твой муж!
— И что, это превратило доступ к моему телефону в разрешение распоряжаться моими деньгами?
Он провёл ладонями по лицу, будто пытался стереть происходящее.
— Давай не будем сейчас всё ломать. Да, я виноват, признаю. Но это можно уладить.
— Звони Ирине.
— Марина…
— Звони.
Сергей достал мобильный, но нажимать вызов не спешил. Смотрел на экран так, словно перед ним лежал дневник с плохой отметкой. Наконец набрал номер и включил громкую связь.
Ирина ответила почти мгновенно.
— Серёж, ну что там?
Марина чуть приподняла брови. Значит, сестра ждала звонка.
Сергей кашлянул.
— Ир, деньги надо вернуть.
На той стороне наступила пауза.
— В каком смысле вернуть?
— В прямом.
— Ты ей сказал?
Сергей бросил взгляд на Марину. Она стояла рядом и смотрела прямо на него.
— Она увидела.
Ирина шумно выдохнула, уже с раздражением.
— Ну замечательно. Я же говорила, сначала надо было с ней поговорить.
Марина наклонилась ближе к телефону.
— Ирина, деньги должны быть возвращены сегодня.
— Марина, ты пойми, у нас ситуация была такая…
— Я всё поняла. Деньги — сегодня.
— Мы сегодня не сможем.
— Тогда завтра утром я иду в банк и подаю заявление о спорной операции. После этого обращаюсь в полицию. У меня есть выписка, переписка и подтверждение, что вы знали, на что предназначались эти деньги.
Тон Ирины изменился мгновенно.
— Ты серьёзно? На своих?
— На людей, которые взяли деньги на лечение моей матери, — да.
Сергей выключил громкую связь.
— Достаточно, — процедил он.
Марина спокойно посмотрела на него.
— Включи обратно.
— Нет. Ты сейчас всё окончательно испортишь.
— Всё уже испорчено.
Он прижал телефон к уху и вышел в коридор. До Марины долетали только обрывки: «нет, она не шутит», «я не знаю», «ищите», «мне всё равно где». Через несколько минут Сергей вернулся в комнату бледный, с застывшей злостью на лице.
— Часть отправят завтра. Остальное потом.
— Нет.
— Марина, так быстро это не делается!
— Брать чужое почему-то получилось быстро. А вернуть — сразу сложно.
— Ты специально меня добиваешь?
— Я добиваюсь возврата денег.
Сергей тяжело сел на стул.
— Я не думал, что ты такая.
Марина посмотрела на него почти с интересом.
— Какая?
— Холодная.
— Я сейчас как раз очень живая. Просто больше не трачу силы на то, чтобы тебе было удобно.
Он хотел что-то возразить, но телефон в его руке снова зазвонил. Ирина. Сергей сбросил вызов. Почти сразу пришло сообщение. Он прочитал его, и лицо стало ещё мрачнее.
— Они сейчас переведут часть.
— Мне нужна не часть.
— Остальное Андрей попробует найти утром.
— Пусть старается быстрее.
Спустя несколько минут на счёт Марины пришёл первый перевод. Не вся сумма. Даже не половина. Она молча зафиксировала поступление, сделала скриншот и снова подняла глаза на Сергея.
— Где остальное?
— Я же сказал: утром.
— У тебя есть личные накопления?
— Нет.
— Тогда продавай машину.
Он резко вскинул голову.
— Ты вообще в себе?
— Полностью. Деньги нужны на лечение. Твоя сестра получила их благодаря тебе. Значит, теперь ты ищешь способ вернуть всё.
— Машина нужна мне для работы и дел.
— А моей маме нужно лечение.
Сергей поднялся так резко, что стул ударился ножкой о стол.
— Ты разговариваешь со мной так, будто я тебе враг.
Марина взяла со стола связку ключей от квартиры — его запасной комплект, который заранее достала из коробки, — и положила перед собой.
— А ты как себя повёл?
Он увидел ключи и сразу всё понял.
— Что это?
— Твой комплект.
— Почему он у тебя?
— Чтобы ночью тебе не пришло в голову вынести ещё что-нибудь «ненадолго».
— Ты меня выгоняешь?
— Пока я говорю только, что сегодня ты ночуешь не здесь.
— Это и моя квартира тоже!
Марина отрицательно покачала головой.
— Нет. Квартира моя. Документы оформлены правильно. Ты здесь не зарегистрирован и собственником не являешься.
— Мы муж и жена.
— И?
— Я имею право жить с женой.
— Жена сейчас стоит перед тобой и говорит, что после случившегося жить с тобой не будет.
Сергей смотрел на неё так, словно впервые столкнулся не с просьбой, не с обидой и не с женскими слезами, а с решением, которое нельзя обойти ни лаской, ни нажимом.
— Ты ещё пожалеешь, — тихо сказал он.
Марина взяла телефон в руку.
— Угрожать не советую. У меня уже достаточно оснований вызвать полицию, если ты откажешься уйти.
Сергей усмехнулся, но тревога в глазах никуда не делась.
— Из-за семейной ссоры?
— Из-за незаконного доступа к моему банковскому приложению и перевода денег без моего согласия. И ещё из-за отказа покинуть квартиру, которая тебе не принадлежит.
Он замолчал.
И именно в эту секунду Марина окончательно поняла: его уверенность никогда не держалась на правоте. Она держалась на привычке. Раньше она объясняла, смягчала, уступала, искала компромиссы, старалась не доводить до края. А теперь просто называла вещи своими именами.
Сергей начал собираться. Сначала медленно, нарочито, будто хотел каждым движением показать, какой бессердечной она стала. Потом быстрее. Он бросал рубашки в спортивную сумку, достал из ящика документы, забрал зарядку, бритву, коробку с инструментами. Марина стояла у двери комнаты и следила, чтобы ничего чужого он с собой не забрал.