— Ты вообще жена мне или кто?
— Спонсор, Игорь. Была. Но аттракцион невиданной щедрости закрыт окончательно.
Игорь выдал грязное ругательство, развернулся и так хлопнул входной дверью, что в прихожей дрогнуло зеркало. Примерно через час он вернулся, держа в руках два свертка с шаурмой и бутылку колы. Алина выскочила ему навстречу, как будто он принес спасение с голодного фронта. Ольге даже из вежливости ничего не предложили.
Впрочем, ей было уже все равно.
Наутро наступила суббота. Ольга еще лежала в постели, когда в замочной скважине вдруг провернулся чужой ключ.
Дверь открылась не сразу, а с тихим противным скрипом. Из прихожей донеслись шаги — тяжелые, неторопливые, шаркающие.
Татьяна Михайловна. Свекровь.
— Игорек! Алиночка! Я вам блинчиков напекла! — громко объявила она с порога, будто входила не в чужую квартиру, а к себе домой.
Ольга накинула халат, завязала пояс и вышла из спальни.
Татьяна Михайловна уже хозяйски снимала сапоги, опираясь рукой о стену. В другой руке она держала пластиковый контейнер.
— О, ты еще валяешься, Ольга? — свекровь смерила ее недовольным взглядом. — Одиннадцатый час, между прочим.
— У меня выходной, — спокойно ответила Ольга.
Губы Татьяны Михайловны сжались в тонкую линию.
— У жены выходных не бывает. Мужа надо с утра кормить, а не лежни пролеживать. Где мой сын?
Из комнаты выползла заспанная Алина, растрепанная и мятая.
— Мам, она вчера нас вообще без еды оставила, — тут же пожаловалась она. — Из-за какого-то супа скандал закатила.
Свекровь всплеснула руками и уставилась на Ольгу так, будто та совершила преступление.
— Ты в своем уме? Ребенка голодом держать?
— Этому “ребенку” двадцать четыре года, — сухо произнесла Ольга. — И ест он так, будто после смены на стройке пришел.
— Да как ты разговариваешь! — Татьяна Михайловна шагнула к ней угрожающе.
Ольга даже не шелохнулась.
— Ключи положите на тумбочку.
Свекровь остановилась.
— Что ты сказала?
— Ключи от моей квартиры. Оставьте их здесь.
Татьяна Михайловна переглянулась с дочерью, словно проверяя, не ослышалась ли.
— Ничего я оставлять не собираюсь. Это жилье моего сына.
— Квартира куплена до брака. За мои деньги. Ваш сын здесь зарегистрирован временно. Ключи — на тумбочку.
Несколько секунд свекровь смотрела на нее с ненавистью. Потом с силой швырнула связку на деревянную поверхность. Металл звонко ударился о тумбу, и звук разлетелся по прихожей.
— Господи, родным людям куска хлеба пожалела! Бедный мой Игорь. Женился на жадной, бессердечной бабе.
После этого Татьяна Михайловна прошла на кухню. Алина поспешила следом. Ольга слышала приглушенное шипение голосов и обрывки возмущенных фраз, но не стала прислушиваться.
Примерно через час свекровь ушла.
Ольга отправилась в ванную, чтобы умыться. На полке стояли ее кремы, сыворотки и маленькие дорогие баночки. Она сразу заметила пустое место. Ночного крема почти за три тысячи гривен не было.
Ольга вышла в коридор.
— Алина. Где мой крем?
Та лежала на диване с телефоном и даже головы не подняла.
— Понятия не имею. Мама что-то брала руки намазать. У нее кожа сухая.
— Руки? Моим ночным антивозрастным кремом с ретинолом?
Алина лениво фыркнула.
— Ой, ну какая разница? Чего ты из-за какой-то баночки ноешь? Купишь новый. У тебя зарплата большая.
Ольга промолчала. Развернулась, ушла в спальню, переоделась и взяла сумку.
Ей нужно было в строительный магазин.
До него идти было минут пятнадцать. Погода стояла отвратительная: серый ноябрьский ветер пробирался под куртку, колол щеки и заставлял ускорять шаг. Ольга шла быстро, почти не замечая дороги.
В гипермаркете она взяла тележку и сразу направилась в отдел крепежа. Там выбрала две массивные стальные накладки с проушинами, упаковку саморезов по металлу, прочный клей и тяжелый навесной замок с кодовым механизмом.
Замок выглядел внушительно. Такой просто так не вскроешь — разве что резать болгаркой.
Затем Ольга заехала в магазин бытовой техники и купила небольшой холодильник, примерно размером с прикроватную тумбу. Доставку оформила срочную.
Домой она вернулась около трех часов дня.
В квартире никого не было. Алина ушла гулять. Игорь, как обычно, торчал с приятелями в гараже.
Ольга не стала терять времени.
Она достала шуруповерт — свой, купленный еще до замужества. Поднесла стальные накладки к дверцам большого белого холодильника на кухне, примерила, отметила места.
Вкручивать саморезы оказалось непросто. Металл сопротивлялся, шуруповерт несколько раз соскальзывал, пальцы сводило от напряжения. Но злость работала лучше любого обезболивающего.
Спустя полчаса на дверцах холодильника уже крепко держались две стальные проушины. Ольга продела в них дужку навесного замка, защелкнула и дернула несколько раз. Держалось намертво.
После этого она вынесла из кухонных шкафов крупы, макароны, консервы и все запасы, которые покупала сама. Все это аккуратно перенесла к себе в спальню. На дверь спальни она поставила обычный врезной замок с ключом — с ним справиться оказалось гораздо проще.
К пяти вечера грузчики привезли мини-холодильник. Ольга поставила его возле кровати, подключила к розетке и дождалась, пока внутри станет прохладно.
Затем она открыла приложение дорогого супермаркета и оформила срочную курьерскую доставку продуктов.