Лифт, вздрогнув, остановился на её этаже, двери с шумом разошлись. Галина подошла к своей двери и долго выуживала ключи из кармана пальто. Они цеплялись за перчатки, грозя уронить их на грязный пол. Галина засовывала перчатки назад, снова пыталась достать ключи. Наконец, она отперла дверь…
Светка сидела за столом в своей комнате и делала уроки. Она подняла голову от книги и посмотрела на мать. Галина заметила в глазах дочери то ли пренебрежение, то ли раздражение.
— Мам, мне деньги нужны на театр. В субботу идём с классом, — требовательно заявила Светка.
— Сейчас ужин приготовлю, — вместо ответа сказала Галина и ушла в кухню.
«Снова нужны деньги. А я их не печатаю, между прочим. Зарплата теперь одна. За квартиру заплатить, продукты купить… Над каждой копейкой приходится трястись», — Галина наливала воду в кастрюлю, жалуясь про себя невидимому слушателю на несправедливость жизни.
— Мам, что насчёт театра? – Света стояла в дверях с книгой в руке, заложив страницу пальцем.
— Завтра сниму с карточки, — вздохнув, сказала Галина, не поворачивая головы к дочери.
Удовлетворённая ответом Светка испарилась из кухни.
«Посмотрим, насколько его хватит. Молодой и красивой она не вечно будет. Родит, куда всё денется. Времени следить за собой не будет, бессонные ночи… А он, между прочим, не мальчик, уже за сорок. Так ему и надо. Внуков пора ждать, а ему детей захотелось. Господи, что я всё о нём, да о нём? Больно много чести», — оборвала себя Галина.
После ужина она села к компьютеру и включила настольную лампу. В ней что-то зашумело, щёлкнуло, и лампочка погасла. «Ну вот, всё одно к одному. Неделю назад только купила. Да что за день-то такой!» Галина пробовала поменять лампочку, но безрезультатно. «Завтра схожу в магазин и попробую обменять лампу. Только бы найти чек». Но чек она не нашла. По-видимому, выбросила вместе с коробкой.
На следующий день, после работы Галина зашла домой, взяла настольную лампу и пошла в магазин электротоваров через дорогу. Лампа было довольно тяжёлая. Хорошо, что далеко не надо идти.
На крыльце перед входом стоял тот самый мужчина в дурацкой вязаной шапке и курил. Галина бросила на него откровенно презрительный взгляд и вошла в пустой магазин.
«Вязаная шапка» вошёл следом за ней и встал за прилавок. Поймав удивлённый взгляд Галины, он усмехнулся.
— Вот. Купила у вас на прошлой неделе, – сказала Галина сердито, демонстрируя крайнюю степень претензии и раздражения.
Она поставила на прилавок настольную лампу.
— Чек сохранили? – не моргнув глазом, спросил «Вязаная шапка». – Неудивительно, что у вас мужа нет. С таким-то характером, — заметил он.
— С чего вы взяли, что нет? – Галина задохнулась от возмущения.
— Если бы у вас был муж, то сам принёс бы лампу или отремонтировал её, — выдал чудеса догадливости мужчина.
— Он занят. Диссертацию пишет, – не растерялась Галина. – Чека нет. Заменить, значит, нельзя? Мне сломанная лампа не нужна. – Галина развернулась и направилась к двери.
— Скажите адрес, я отремонтирую и занесу вам её. Или завтра зайдите сами, — окликнул её «Вязаная шапка».
— Буду я её таскать туда-сюда. – Галина оглянулась от двери. — Дом через дорогу напротив. Квартира девяносто шесть. – Галина сердито толкнула от себя дверь.
«Надо же. Оказывается, я у него лампу покупала. Не узнала. Тогда без своей дурацкой шапки был. А глаза умные. И приличный вроде», — думала она по дороге домой, радуясь, что лампу он отремонтирует. Бесплатно.
В прихожей она долго разглядывала себя в зеркало. Шапка надвинута на глаза, взгляд тоскливый и потухший, губы поджаты. Вся какая-то скукоженная, невзрачная. И никто не работе не сказал, что она выглядит ужасно. Вот она, женская солидарность.