— Ир, ну… Мама звонила утром… Я думал, мы обсудим…
— Ты думал, мы обсудим, когда она уже приедет с чемоданами?
— Ну а что мне было делать?! — взорвался Сергей. — Сказать родной матери «нет»? Она уже договор с квартирантами подписала! Им жить негде!
— А мне есть где жить? — тихо спросила Ирина. — В своем доме, но с посторонним человеком?
— Посторонним?! — взвизгнула Валентина Петровна. — Это я-то посторонняя? Да ты мне ноги должна целовать, что я такого орла воспитала! А ты… Эгоистка! Вот поэтому у вас и детей нет! Бог шельму метит, не дает детей в дом, где любви нет, одни метры квадратные в голове!
Ирина побледнела. Тема детей была больной, кровоточащей раной. И то, что Сергей рассказал матери о проблемах… Это было предательство. Чистое, незамутненное предательство.
— Сергей, — сказала Ирина ледяным тоном. — Пусть твоя мама собирает вещи. Прямо сейчас. Я вызову такси до гостиницы.
— Ты с ума сошла? — выдохнул муж. — Ночь на дворе!
— Никуда я не пойду! — Валентина Петровна скрестила руки на груди. — У меня давление! Я соседям расскажу! Я в полицию позвоню! Скажу, что невестка избивает!
Она схватилась за сердце. Сергей метнулся к матери:
— Мам, мамочка, успокойся! Ира не всерьез!
Ирина смотрела на этот спектакль и понимала: это ловушка. Если она сейчас уступит — всё, конец.
— Хорошо, — сказала Ирина. — Сегодня ночуйте. Завтра утром мы вернемся к этому разговору.
Утром Ирина встала раньше всех и уехала на работу. Весь день телефон разрывался от сообщений Сергея: «Ириш, ну не дуйся», «Мама блинов напекла».
Вечером она возвращалась домой как на эшафот. В квартире пахло жареной рыбой — запах въелся в шторы, в обои. Из гостиной доносился громкий смех.
Ирина вошла в комнату. Картина маслом: Валентина Петровна возлежала на диване (Иринином любимом), ноги в шерстяных носках покоились на журнальном столике. Рядом сидел Сергей и какая-то незнакомая полная женщина.
— О, явилась хозяйка! — провозгласила свекровь. — А мы тут с тетей Людой чай пьем. Люда, это та самая Ирина.
— Здрасьте, — кивнула женщина, жуя печенье. — А я вот проездом, Валя говорит, заходи, места много.
Ирина почувствовала, как внутри лопнула последняя струна.
— Это кто? — спросила она.
— Это тетя Люда, мамина двоюродная сестра, — пробормотал Сергей.
— И решила у нас перекантоваться, — подхватила Валентина Петровна. — А что? У нас диван раскладывается.
Ирина медленно подошла к телевизору и выдернула шнур из розетки. Экран погас.
— Встали, — сказала Ирина. — И вышли. Все.
— Ира, ты чего? — Сергей испуганно вскочил. — Тетя Люда гостья…
— У меня нет гостей. У меня есть захватчики. Валентина Петровна, собирайте вещи. Тетя Люда, до свидания. Сергей, помоги маме.