— Это какая-то ошибка! — Марина выронила телефон, глядя на мужа побелевшими губами. — Агент по недвижимости только что позвонил… Спрашивает, когда удобно показать нашу квартиру покупателям!
Дмитрий замер с кружкой кофе в руке. За кухонным столом воцарилась тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов.
— Что? — он медленно поставил кружку. — Какую квартиру? Каким покупателям?
Марина судорожно перелистывала сообщения в телефоне.
— Вот, смотри! — она протянула мужу экран. — Наша квартира выставлена на продажу на всех сайтах недвижимости! Фотографии, план, описание… Даже цена указана!
Дмитрий пробежал глазами по объявлению. Действительно, их трёхкомнатная квартира в новом районе красовалась на экране во всей красе. Профессиональные фотографии, подробное описание, выгодная цена.
— Но как это возможно? — он растерянно покачал головой. — Мы же ничего не выставляли на продажу. У кого вообще есть документы?
Марина вдруг побледнела ещё сильнее.
— Дима… Твоя мать. Помнишь, полгода назад она просила показать ей документы на квартиру? Сказала, что хочет помочь разобраться с коммунальными платежами…
— Не может быть, — Дмитрий решительно отрицал. — Мама бы никогда…
Звонок в дверь прервал его слова. Марина и Дмитрий переглянулись.
— Это наверное тот агент, — прошептала Марина. — Он сказал, что будет через полчаса с первыми клиентами.
Дмитрий направился к двери, но не успел он сделать и двух шагов, как она открылась. На пороге стояла Галина Андреевна собственной персоной — свекровь Марины, мать Дмитрия. Элегантная женщина шестидесяти двух лет, с безупречной причёской и в дорогом костюме.
— Доброе утро, дети! — она вошла в квартиру, как всегда, используя свой комплект ключей. — Я привела покупателей. Очень солидная пара, готовы рассматривать покупку за наличные.
За её спиной действительно маячили незнакомые люди — мужчина и женщина средних лет.
— Мама, что происходит? — Дмитрий преградил ей путь. — Какие покупатели? Что за цирк?
Галина Андреевна улыбнулась той снисходительной улыбкой, которую Марина ненавидела всей душой.
— Димочка, не устраивай сцен при посторонних. Мы же обсуждали — вам пора переезжать в более подходящий район.
— Мы ничего не обсуждали! — взорвалась Марина. — Вы выставили нашу квартиру на продажу без нашего ведома!
Свекровь повернулась к ней с выражением лёгкого удивления на лице.
— Марина, дорогая, не нужно так кричать. Это неприлично. И потом, формально это не совсем ваша квартира.
— В смысле? — Дмитрий нахмурился.
— Ну как же, сынок, — Галина Андреевна достала из сумочки папку с документами. — Квартира оформлена на тебя, но я созаёмщик по ипотеке. Забыл? Я же помогала вам с первоначальным взносом.
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Да, пять лет назад, когда они только поженились, свекровь действительно дала им денег на первый взнос. Тогда это казалось щедрым подарком.
— Но это не даёт вам права продавать нашу квартиру! — воскликнула она.
— Не вашу, дорогая, а нашу, — поправила Галина Андреевна. — И я не продаю, а помогаю вам принять правильное решение. Этот район совершенно не подходит для воспитания моих будущих внуков.
— Каких внуков? — Марина растерялась. — У нас пока нет детей.
— Вот именно! — свекровь торжествующе подняла палец. — Потому что вы живёте в этой бетонной коробке, далеко от центра. Я присмотрела вам чудесный домик в коттеджном посёлке. Там и воздух чище, и школа рядом престижная.
Покупатели за дверью начали проявлять нетерпение.
— Может, мы зайдём? — робко спросила женщина. — Мы издалека приехали…
— Нет! — Дмитрий решительно загородил проход. — Никто никуда не заходит. Мама, попросите этих людей уйти. Квартира не продаётся.
Галина Андреевна вздохнула, как вздыхают, глядя на неразумного ребёнка.
— Димочка, не упрямься. Цена очень выгодная, таких предложений больше не будет. А домик в посёлке — просто сказка. Там даже баня есть.
— Мне не нужна баня! — Марина наконец обрела голос. — Мне нужна моя квартира, в которой мы с мужем живём!
— И будете жить, — успокоила её свекровь. — Только в другом месте. Более подходящем для семьи. Кстати, там и для меня комната найдётся — буду приезжать помогать с внуками.
Вот оно. Марина наконец поняла истинную причину всей этой аферы. Галина Андреевна не просто хотела переселить их в другой район — она планировала контролировать их жизнь ещё плотнее.
— Уходите, — Дмитрий повернулся к покупателям. — Извините за потраченное время, но здесь произошло недоразумение. Квартира не продаётся.
Пара неуверенно переглянулась.
— Но в объявлении… — начал мужчина.
— Объявление размещено без ведома владельцев, — отрезал Дмитрий. — Ещё раз извините.
Покупатели, поняв, что попали в семейный скандал, поспешили ретироваться. Галина Андреевна проводила их возмущённым взглядом.
— Дима, ты упускаешь отличную возможность! — она всплеснула руками. — Эти люди готовы были заплатить всю сумму сразу!
— Мама, как ты могла? — Дмитрий закрыл дверь и повернулся к матери. — Выставить нашу квартиру на продажу втайне от нас?
— Я знала, что вы будете сопротивляться, — Галина Андреевна прошла в гостиную и уселась на диван. — Вы же не понимаете, что для вас лучше. Особенно Марина со своими странными идеями о независимости.
Невестка сжала кулаки. Вот уже пять лет она терпела выпады свекрови, но это было слишком.
— Мои странные идеи? — она шагнула вперёд. — Вы имеете в виду желание жить своей жизнью? Самим решать, где нам жить?
— Ты всегда была слишком гордой, — Галина Андреевна смерила её холодным взглядом. — Не ценишь то, что я делаю для вашей семьи.
— Что вы делаете? — Марина не сдержала саркастического смеха. — Контролируете каждый наш шаг? Приходите без предупреждения? Критикуете всё, что я делаю?
— Я забочусь о своём сыне! — свекровь повысила голос. — И о его будущем! Вы живёте в этой квартире уже пять лет, а детей всё нет. Может, дело в атмосфере?
— Мама! — Дмитрий покраснел. — Это не твоё дело!
— Как это не моё? — Галина Андреевна вскочила с дивана. — Я хочу внуков! Имею право! И если для этого нужно переселить вас в нормальный дом, я это сделаю! Марина почувствовала, как внутри что-то лопнуло. Годы молчаливого терпения, проглоченных обид, невысказанных слов — всё вырвалось наружу.
— Да как вы смеете! — она почти кричала. — Это наша жизнь! Наша семья! Вы не имеете права решать за нас!
— Я имею все права! — парировала свекровь. — Я вложила деньги в эту квартиру!
— Это был подарок! — напомнила Марина. — Вы сами так говорили на нашей свадьбе!
— Подарок не означает, что я должна молча смотреть, как вы губите свою жизнь в этой бетонной коробке!
Дмитрий встал между двумя женщинами.
— Хватит! Обе! Мама, Марина права. Ты не имела права выставлять квартиру на продажу без нашего согласия.
— Димочка, — Галина Андреевна мгновенно сменила гнев на милость, — ты же умный мальчик. Подумай сам — разве плохо жить в собственном доме? С садом, где будут играть дети?
— Мама, мы сами решим, где нам жить и когда заводить детей, — твёрдо сказал Дмитрий.
— Сами? — свекровь горько усмехнулась. — Вы даже ремонт нормальный сделать не можете! Живёте как студенты!
— Нам нравится, как мы живём, — Марина взяла мужа под руку. — Это наш дом, обустроенный по нашему вкусу.
— По твоему вкусу, ты хотела сказать, — Галина Андреевна смерила невестку презрительным взглядом. — Эти ужасные шторы, эта мебель из масс-маркета…
— Прекрати, мама, — Дмитрий повысил голос. — Не смей оскорблять мою жену.
Галина Андреевна отшатнулась, словно сын её ударил.
— Так вот как… Она настроила тебя против родной матери.
— Никто никого не настраивал, — устало сказал Дмитрий. — Мама, пойми, мы взрослые люди. Нам тридцать лет. Мы способны сами принимать решения.
— Взрослые? — свекровь скептически хмыкнула. — Взрослые люди не живут в ипотечной квартире на окраине города. Взрослые люди думают о будущем, о детях!
— Мы думаем, — тихо сказала Марина. — Просто наши планы не совпадают с вашими.
Галина Андреевна резко повернулась к ней.
— Планы? Какие у тебя могут быть планы? Ты даже готовить нормально не умеешь! Я видела, чем ты кормишь моего сына — полуфабрикаты и фастфуд!
— Я прекрасно готовлю, — возразила Марина. — Просто не по вашим рецептам столетней давности.
— Ах так? — свекровь побагровела. — Значит, мои рецепты тебе не подходят? А что подходит? Твоя карьера? Да, я знаю, что ты опять устроилась на работу, хотя я советовала сосредоточиться на семье!
— Я люблю свою работу, — Марина выпрямилась. — И не собираюсь её бросать.
— Вот поэтому у вас и нет детей! — выпалила Галина Андреевна. — Какая из тебя мать, если ты думаешь только о карьере?
Это было последней каплей. Марина почувствовала, как глаза наполняются слезами — не от обиды, а от ярости.
— Выйдите из нашего дома, — сказала она ледяным тоном. — Немедленно.
— Что? — свекровь опешила. — Ты смеешь выгонять меня?
— Да, смею. Это мой дом. И я не позволю вам больше меня оскорблять.
— Дима! — Галина Андреевна повернулась к сыну. — Ты позволишь ей так со мной разговаривать?
Дмитрий тяжело вздохнул.
— Мама, Марина права. Тебе лучше уйти. Мы все на эмоциях, давай поговорим позже.
— Позже? — свекровь смотрела на сына, как на предателя. — Я пытаюсь помочь вам, а вы… Хорошо! Живите в своей берлоге! Но не приходите потом ко мне за помощью!
Она схватила сумочку и направилась к выходу, но у двери обернулась.
— И кстати, документы на квартиру у меня. Как созаёмщик, я имею определённые права. Так что подумайте хорошенько.
Дверь хлопнула. Марина и Дмитрий остались одни в наступившей тишине.
— Она не могла… — начала Марина, но Дмитрий покачал головой.
— Могла. Помнишь, мы подписывали кучу бумаг в банке? Я тогда не вчитывался, доверял маме…
Марина опустилась на диван. Вся ситуация казалась сюрреалистичной.
— Что будем делать?
— Сначала позвоним юристу, — решил Дмитрий. — Выясним, какие у неё реальные права. А потом… Потом будем думать.
Он сел рядом с женой и обнял её.
— Прости. Я должен был раньше поставить маму на место.
— Не вини себя, — Марина прижалась к его плечу. — Она твоя мать, ты любишь её. Это нормально.
— Любить — да. Но позволять манипулировать нами — нет.
Телефон Марины зазвонил. Незнакомый номер.
— Алло?
— Добрый день, это агентство недвижимости, — раздался бодрый мужской голос. — У нас есть ещё несколько клиентов на вашу квартиру. Когда можно организовать просмотр?
— Квартира снята с продажи, — твёрдо ответила Марина. — И удалите объявление со всех сайтов.
— Но госпожа Галина Андреевна сказала…
— Госпожа Галина Андреевна не является единственным владельцем. Удалите объявление немедленно, иначе мы обратимся к юристам.
Она отключилась и посмотрела на мужа.
— Надо срочно менять замки.
— И найти все документы, — добавил Дмитрий. — Чёрт, я даже не помню, что именно мы подписывали тогда.
Следующие несколько часов прошли в лихорадочной деятельности. Звонки юристу, в агентства недвижимости, поиск документов. К вечеру картина более-менее прояснилась.
— Хорошие новости, — Дмитрий отложил телефон. — Юрист говорит, что как созаёмщик мама не может продать квартиру без нашего согласия. Максимум — обратиться в суд, но у неё нет оснований.
— Слава богу, — Марина облегчённо выдохнула. — Но что с документами?
— Придётся требовать их назад. Или восстанавливать через МФЦ.
В дверь позвонили. Супруги напряглись.
— Если это опять покупатели… — начала Марина.
Но за дверью стоял Павел — младший брат Дмитрия. Высокий, худощавый парень двадцати пяти лет с виноватым выражением лица.
— Привет, — он неловко переминался с ноги на ногу. — Можно войти?
— Конечно, — Дмитрий посторонился. — Ты в курсе, что мама устроила?
— Да, — Павел прошёл в гостиную. — Собственно, поэтому я здесь. Она сейчас у меня, рыдает на кухне.
— Рыдает? — Марина не поверила своим ушам. — Твоя мать?
— Ага. Говорит, что вы её предали, выгнали, отвернулись… Полный набор.
Дмитрий устало потёр лицо руками.
— Паш, она выставила нашу квартиру на продажу без нашего ведома. Водила сюда покупателей!
— Знаю, — Павел кивнул. — Она мне всё рассказала. По её версии, конечно. Якобы делала это ради вашего блага.
— И ты ей веришь? — Марина подозрительно прищурилась.
— Я верю, что она действительно думает, будто делает как лучше, — осторожно ответил Павел. — Но методы… Это перебор даже для неё.
— Даже для неё? — повторил Дмитрий. — То есть ты не удивлён?
Павел неловко пожал плечами.
— Брат, ты же знаешь маму. Она всегда всё контролировала. Помнишь, как она выбирала тебе институт? Или как устроила скандал, когда я решил бросить юрфак?
— Это другое…
— Ничем не другое. Просто раньше ты не сопротивлялся. А теперь у тебя есть Марина.
Невестка удивлённо посмотрела на деверя. Обычно Павел держался в стороне от семейных конфликтов.
— Слушайте, — продолжил Павел, — я не оправдываю маму. То, что она сделала — это полный треш. Но может, попробуете поговорить? Когда она успокоится?
— О чём говорить? — Марина развела руками. — О том, что мы взрослые люди и хотим жить своей жизнью?
— Именно об этом. Мама должна понять, что больше не может принимать решения за вас.
— Должна была понять уже давно, — буркнул Дмитрий.
— Лучше поздно, чем никогда, — философски заметил Павел. — Знаете, я ведь тоже прошёл через это. Когда бросил юрфак и пошёл учиться на программиста, мама полгода со мной не разговаривала.
— И что изменилось? — спросила Марина.
— Я не сдался. Продолжал жить так, как считал нужным. В конце концов она приняла мой выбор. Ну, или смирилась — это уж как посмотреть.
Дмитрий задумчиво кивнул.
— Может, ты и прав. Но сейчас я не готов с ней разговаривать. Слишком зол.
— Понимаю, — Павел поднялся. — Я просто хотел предупредить — мама настроена решительно. Говорит, что сделала вам подарок в виде первоначального взноса и имеет право голоса.
— Юрист сказал, что продать без нас она не сможет, — сообщил Дмитрий.
— Продать — нет. Но нервы потрепать — запросто. Вы же её знаете.
Когда Павел ушёл, супруги долго сидели молча, переваривая случившееся.
— Знаешь, что самое обидное? — наконец сказала Марина. — Она даже не спросила, чего хотим мы. Просто решила за нас.
— Она всегда так делала, — признал Дмитрий. — Я просто… привык, наверное.
— А я нет. И не собираюсь привыкать.
Дмитрий притянул жену к себе.
— И правильно. Прости, что не защищал тебя раньше. Мне казалось, если не обращать внимания на мамины выпады, она успокоится.
— Не успокоилась, — констатировала Марина. — А становилась всё наглее.
Утром их разбудил настойчивый звонок в дверь. Марина глянула на часы — восемь утра, суббота.
— Кого там несёт? — пробормотал сонный Дмитрий.
Марина накинула халат и пошла открывать. За дверью стояла Галина Андреевна с огромной сумкой.
— Доброе утро, — она прошла мимо невестки, не дожидаясь приглашения. — Я принесла документы. И кое-что ещё.
Она прошла на кухню и начала выкладывать из сумки продукты.
— Что вы делаете? — Марина растерянно наблюдала за свекровью.
— Готовлю завтрак для сына. Настоящий, полезный завтрак, а не твои хлопья с молоком.
— Галина Андреевна…
— И не спорь со мной, — свекровь включила плиту. — Мы должны поговорить как цивилизованные люди. А на голодный желудок разговоры не клеятся.
Появился Дмитрий, зевая и почёсывая голову.
— Мама? Что ты здесь делаешь?
— Готовлю тебе любимые сырники, — ответила Галина Андреевна, взбивая яйца. — Садитесь оба. Нам нужно всё обсудить.
Супруги переглянулись, но сели за стол. Отказываться было бесполезно — свекровь уже вошла в раж.
Через полчаса на столе дымились сырники, омлет и свежезаваренный кофе. Галина Андреевна села напротив.
— Я всю ночь думала, — начала она. — И поняла, что погорячилась.
Марина чуть не поперхнулась кофе. Извинения от свекрови — это что-то новенькое.
— Но! — Галина Андреевна подняла палец. — Я по-прежнему считаю, что вам нужен дом побольше. Особенно если вы планируете детей.
— Мама… — начал Дмитрий, но она его перебила.
— Дай мне договорить. Я готова признать, что не имела права выставлять квартиру на продажу без вашего ведома. Это было… неправильно.
— Это было незаконно, — поправила Марина.
Свекровь поджала губы, но кивнула.
— Да, незаконно. Но я делала это из лучших побуждений.
— Галина Андреевна, — Марина отложила вилку, — проблема не в побуждениях. Проблема в том, что вы не считаетесь с нашим мнением.
— Я мать! — воскликнула свекровь. — Я лучше знаю, что нужно моему сыну!
— Нет, — твёрдо сказал Дмитрий. — Не знаешь. Мне тридцать лет, мама. Я сам знаю, что мне нужно.
Галина Андреевна прикусила губу. Было видно, что ей тяжело даются эти слова.
— Хорошо. Что вы предлагаете?
— Для начала — верните документы, — сказала Марина.
Свекровь молча достала из сумки папку и положила на стол.
— Вот. Все документы здесь.
— Спасибо, — Дмитрий взял папку. — Теперь давай договоримся. Ты наша гостья в этом доме. Желанная гостья. Но не хозяйка.
— Но я же помогала вам купить эту квартиру! — не выдержала Галина Андреевна.
— И мы благодарны, — кивнула Марина. — Но это был подарок. Вы сами так сказали.
— Подарок не значит, что я должна молчать, когда вижу, что вы делаете ошибку!
— А кто сказал, что это ошибка? — Дмитрий наклонился вперёд. — Мама, нам нравится наша квартира. Нравится район. Когда появятся дети, мы сами решим, нужно ли переезжать.
— Когда появятся? — Галина Андреевна оживилась. — Вы планируете?
Марина и Дмитрий снова переглянулись.
— Мама, это наше личное дело, — мягко сказал Дмитрий.
— Но я же буду бабушкой! Имею право знать!
— Узнаете, когда придёт время, — пообещала Марина.
Повисла пауза. Галина Андреевна теребила салфетку, явно борясь с собой.
— Я… я просто хочу участвовать в вашей жизни, — наконец призналась она. — Быть нужной.
— Вы нужны, — неожиданно сказала Марина. — Но не как контролёр, а как мама и бабушка.
— Будущая бабушка, — поправил Дмитрий с улыбкой.
Свекровь подняла на них глаза, в которых блеснули слёзы.
— Я правда перегнула палку?
— Правда, — кивнул Дмитрий. — Но мы готовы начать сначала. Если ты пообещаешь уважать наши границы.
— Я… постараюсь, — выдавила Галина Андреевна.
— И больше никаких сюрпризов с недвижимостью, — добавила Марина. — И вообще никаких решений за нас.
— Обещаю, — свекровь глубоко вздохнула. — Но взамен я хочу, чтобы вы делились со мной. Рассказывали о планах, советовались… Не обязательно следовать моим советам, просто… делитесь.
Дмитрий протянул руку через стол и накрыл ладонь матери.
— Договорились.
Галина Андреевна всхлипнула и полезла в сумочку за платком.
— Ну вот, расплакалась старая дура…
— Вы не старая, — улыбнулась Марина. — И уж точно не дура. Просто… слишком заботливая мама.
— Спасибо, — свекровь высморкалась. — Знаешь, Марина, а сырники у тебя действительно лучше получаются. Признаю.
Невестка удивлённо моргнула.
— Спасибо. Я добавляю в тесто ваниль и цедру лимона.
— Надо же! А я всегда по старинке делала. Может, научишь?
— Конечно.
Дмитрий с облегчением откинулся на спинку стула. Кажется, кризис миновал. По крайней мере, острая фаза.
— Мам, а что с тем домом в коттеджном посёлке? — вдруг спросил он.
— А что с ним? — Галина Андреевна пожала плечами. — Пусть другие покупают. Вам он не нужен.
— Но ты же присматривала, ездила…
— Ну и что? — свекровь махнула рукой. — Мало ли что я присматривала. Может, сама куплю. На старость.
— Сама? — удивилась Марина. — А как же квартира в центре?
— Продам одну из квартир, — задумчиво сказала Галина Андреевна. — Знаешь, а идея-то неплохая. Домик, сад, тишина… И к вам недалеко — внуков навещать.
— Будущих внуков, — напомнил Дмитрий.
— Да-да, будущих, — она хитро улыбнулась. — Но я надеюсь, не слишком далёкого будущего?
Марина и Дмитрий рассмеялись.
— Мама, ты неисправима.
— А то! — гордо вскинула голову свекровь. — Но теперь буду неисправимой в рамках дозволенного.
Когда Галина Андреевна ушла — в этот раз попрощавшись и не забыв забрать ключи — супруги остались одни.
— Думаешь, она сдержит обещание? — спросила Марина.
— Посмотрим, — Дмитрий обнял жену. — Но хоть попытается. А это уже прогресс.
— Знаешь, — Марина прижалась к мужу, — а может, нам действительно стоит задуматься о детях?
Дмитрий удивлённо отстранился.
— Ты серьёзно?
— А почему нет? Только давай сначала, а потом расскажем твоей маме. А то она тут же начнёт скупать детские магазины.
Они рассмеялись, представив эту картину.
— Договорились, — Дмитрий поцеловал жену. — Сначала делаем, потом хвастаемся.
За окном светило весеннее солнце. Жизнь продолжалась — уже без тайн и недомолвок. И это было хорошо.