Телефон разрывался от звонков. Я отключила звук еще вчера, когда первый журналист попытался взять комментарий. Экран снова вспыхнул – «Тётя Нина». Это уже пятый вызов за утро.
– Господи, ну когда они отстанут? – я швырнула телефон на диван и отхлебнула остывший кофе.
Десять лет тишины. Десять лет, когда никто из родни даже не поинтересовался, жива ли я. И вдруг – такой аншлаг. Спасибо журналистам с их «историями успеха»! Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. На пороге стоял Алексей – мой партнер по бизнесу и единственный человек, который знал мой настоящий адрес.
– Света! Ты видела новости? Мы везде! – Лёша влетел в квартиру с планшетом. – Акции выросли еще на шесть процентов!
– Я сейчас не про акции думаю. У меня тут семейное воссоединение намечается, – я кивнула на телефон, который снова засветился. – Тётя вспомнила, что у неё есть племянница. И дядя Валера. И братец Кирюша.
– А это те самые родственники, которые…
– Ага. Те самые. Которые даже на похороны родителей не приехали. Зато теперь прям обожают меня.
Телефон зазвонил снова. Я вздохнула и взяла трубку.
– Светочка! Детка! Наконец-то! – голос тёти звучал медово. – Мы тут с дядей Валерой чуть с ума не сошли! Увидели тебя в журнале! Ты такая красавица! Такая умница!
– Здрасьте, тёть Нин.
– Светик, ты не представляешь, как мы за тебя рады! Всегда знали, что ты далеко пойдешь! Помнишь, как дядя Валера говорил? «Наша Светка еще всем покажет!»
Я закатила глаза. Дядя Валера в основном говорил, что «московская штучка задрала нос».
– Как-то не припоминаю, тёть Нин.
– Ой, ты что! А помнишь, как мы с тобой пироги пекли? А на речку ходили?
Алексей наблюдал за моим лицом и беззвучно смеялся.
– Тёть Нин, давайте без этого. Что вы хотели?
В трубке повисла пауза.
– Светочка, ну что ты так сразу… Мы просто соскучились! У нас тут, знаешь, жизнь тяжелая. У меня давление, у Валеры спина. Кирилл без работы сидит…
Я мысленно досчитала до десяти.
– Давайте встретимся, – вдруг сказала я. – Приезжайте в Москву, посидим, поговорим.
– Правда? – голос тёти дрогнул от радости. – Светочка! Мы так и знали, что ты добрая душа!
Когда я положила трубку, Алексей смотрел на меня с удивлением.
– Ты серьезно? Зачем они тебе сдались?
– Хочу посмотреть им в глаза, Лёш. И кое-что сказать.
В дверь снова позвонили. На пороге стояла Марина – моя лучшая подруга еще со студенческих лет.
– Звезда! – она обняла меня. – Я сразу говорила, что твоя система финансовой аналитики выстрелит!
– Марин, представляешь, родня объявилась, – я закрыла дверь. – Все сразу. Десять лет молчали, а тут прямо хором.
– И что ты собираешься делать? – Марина плюхнулась на диван. – Только не говори, что повелась на эти слезливые истории!
– Я пригласила их в Москву.
– Ты рехнулась? – Марина вытаращила глаза. – Они же деньги из тебя будут тянуть!
– Пусть попробуют, – я впервые за день улыбнулась. – У меня есть план. Через неделю я сидела в небольшом ресторанчике недалеко от Патриарших. Не модном, не пафосном — обычном. Специально выбрала такой. Оделась в простые джинсы и свитер, волосы собрала в хвост. Никаких бриллиантов и дизайнерских сумок. Они ввалились шумной группой — тётя Нина с дядей Валерой и Кирилл с женой Викой. Тётя сразу бросилась меня обнимать.
— Светочка! Родная! Как же мы соскучились!
От неё пахло приторными духами. Дядя Валера неловко похлопал меня по плечу.
— Ну ты даёшь, Светк! Выросла, а!
Кирилл держался с важным видом. Явно пытался выглядеть деловым.
— Отлично смотришься, сестрёнка. Успех тебе к лицу.
Мы сели за стол. Я заказала обычные блюда, ничего дорогого. Тётя сразу начала озираться.
— А я думала, ты нас в какое-нибудь модное место пригласишь! У тебя же теперь возможности…
— Мне здесь нравится, — я пожала плечами. — Домашняя кухня.
— Так расскажи, как ты так разбогатела? — дядя Валера нетерпеливо барабанил пальцами по столу. — В новостях писали, миллионы долларов! Это правда?
— Валера! — шикнула на него тётя. — Что ты сразу в лоб! Светочка, ты лучше расскажи, как жила все эти годы. Мы так волновались!
— Волновались? — я улыбнулась. — Интересно. А почему не звонили тогда?
— Ну как же… Мы думали, ты занята… — тётя замялась. — У тебя своя жизнь, мы не хотели мешать.
— Не хотели мешать, — повторила я. — Даже когда мама с папой умерли.
За столом повисла тишина. Официант принёс закуски.
— Да что ты начинаешь, Свет! — Кирилл попытался разрядить обстановку. — Давай о хорошем! У меня, кстати, потрясный бизнес-план есть. Слушай, с твоими связями мы такое замутим!
— Правда? И что за бизнес?
— Технологии! Ну, типа твоих, только круче! — он начал размахивать руками. — Там вложений немного надо, миллиончик-другой. Зато прибыль — закачаешься!
Тётя Нина тем временем достала из сумки пачку бумаг.
— Светочка, я тут рецепты принесла. У меня же давление, сердце… Лекарства такие дорогие, мы еле сводим концы с концами…
— А у меня спина, — подхватил дядя Валера. — Операция нужна, а денег нет. Кредитов набрал уже выше крыши.
Я молча слушала, как они наперебой рассказывали о своих проблемах. С каждой минутой их голоса становились всё более просящими. Тётя уже не стеснялась слёз, Кирилл говорил о процентах и долях, дядя жаловался на банки.
— Светик, ты же теперь можешь помочь? — тётя взяла меня за руку. — Мы же семья!
— Семья, — я кивнула. — А где вы были последние десять лет?
Они замолчали. Переглянулись. Тётя начала что-то бормотать про расстояние и занятость.
Я открыла сумку и достала старый конверт.
— Знаете, что здесь? Неоплаченные счета за похороны родителей. Я хранила их все эти годы.
Я выложила на стол счета и фотографии. На снимках я стояла одна у двух могил — сначала свежих, потом уже с простыми памятниками.
— Помнишь, тёть Нин, как я тебе звонила? Просила приехать? Ты сказала, что заболела.
— Светочка, но я правда…
— А ты, дядь Валер, сказал, что у тебя смена на заводе, отгул не дадут. А Кирилл вообще трубку не взял.
Они сидели с опущенными глазами. Только Вика — жена Кирилла — смотрела в сторону, ей явно было неловко.
— Ты знаешь, сколько стоили похороны? — я постучала пальцем по бумагам. — Всю стипендию отдала. Потом подрабатывала по ночам, чтобы за квартиру заплатить.
— Ну хватит уже о грустном! — дядя Валера резко сменил тон. — Кто старое помянет… Сейчас-то у тебя всё хорошо! Можешь и о родне подумать.
— Да, Свет, — подхватил Кирилл. — Мы же не просто так пришли. У меня реально крутая идея! Вот, смотри…
Он полез в портфель за какими-то бумагами. Тётя снова начала всхлипывать, теребя рецепты.
— Мне на операцию всего-то полмиллиона надо, — дядя говорил деловито. — Для тебя это мелочь теперь. А я потом отдам…
Я подняла руку, останавливая этот поток.
— Я думала об этой встрече с того момента, как вы позвонили. Знаете, что было самое сложное? Решить, как поступить.
Они замерли, уставившись на меня. В их глазах читалось нетерпение — когда же я достану чековую книжку или начну переводить деньги с телефона. — Я создала благотворительный фонд, — сказала я спокойно. — В нашем родном городе. Для талантливых детей из бедных семей. Стипендии, образовательные программы, стажировки. Их лица вытянулись. Они явно не понимали, к чему я клоню.
— Я вложила туда три миллиона долларов, — продолжила я. — И буду вкладывать ещё.
Кирилл нервно усмехнулся.
— Круто, сестрёнка. Благородно. А нам-то что ты решила помочь?
— Ничем, — я посмотрела ему прямо в глаза.
Тётя Нина охнула и схватилась за сердце.
— Как ничем? Света, ты что? Мы же семья! Родная кровь!
— Семья — это не про кровь, тёть Нин. Семья — это про поддержку в трудную минуту.
— Ты… ты обязана помогать родственникам! — она повысила голос. — Это твой долг!
— Нет, тёть Нин. Я никому ничего не должна.
Дядя Валера покраснел от злости.
— Ну и гордячка ты! Зазналась! Думаешь, если бабла немерено, так можно на родню плевать?
— Я не плюю на родню. Я просто не считаю вас родными, — я улыбнулась. — Настоящая семья была со мной, когда мне было плохо. Марина, которая помогала с похоронами. Алексей, который поверил в меня и мои идеи.
— Какая ты чёрствая, — процедил Кирилл. — Родителям было бы стыдно за тебя.
Я рассмеялась.
— Серьёзно? Ты хочешь поговорить о том, что понравилось бы моим родителям? Ты даже на их могилы ни разу не пришёл.
Я встала из-за стола.
— Обед за мой счёт. Можете ещё что-нибудь заказать, если хотите. А мне пора. У меня встреча с командой фонда.
— И это всё? — тётя Нина вскочила. — Ты нас позвала, чтобы унизить? Похвастаться?
— Нет, тёть Нин. Я позвала вас, чтобы закрыть прошлое. И чтобы вы больше не звонили.
Я забрала фотографии, оставила на столе деньги за обед и пошла к выходу. За спиной слышались возмущённые возгласы, но я не обернулась.
Полгода пролетели как один день. Наш фонд «Новые горизонты» активно работал — мы открыли образовательный центр в родном городе, запустили программу стипендий, организовали стажировки в крупных компаниях.
Я прилетала туда каждый месяц. Сегодня проводили финал конкурса молодых программистов. Дети показывали удивительные проекты — умные теплицы, приложения для помощи пожилым, системы экомониторинга.
— Светлана Андреевна, можно вас на минутку? — ко мне подошла директор центра Ольга. — Тут один преподаватель хочет познакомиться. Его ученики заняли первое и третье места.
Я обернулась и застыла. Передо мной стоял молодой мужчина лет тридцати, с знакомыми чертами лица.
— Миша? — неуверенно спросила я.
— Привет, Свет, — он улыбнулся. — Не думал, что ты меня узнаешь. Мы же не виделись лет пятнадцать.
Мишка. Брат двоюродный. Последний раз мы встречались, когда ему было пятнадцать, а мне двадцать.
— Ты здесь работаешь?
— Я учитель математики и информатики в третьей школе, — он кивнул в сторону группы ребят. — Это мои ученики. Талантливые ребята, правда?
Мы отошли к окну.
— Слышал, что ты приезжала к нашим. — Они до сих пор возмущаются.
— А ты? — я напряглась. — Тоже пришёл за деньгами?
Миша рассмеялся.
— Нет, что ты. Я пришёл сказать спасибо за фонд. Мои ученики получили возможности, о которых мы и мечтать не могли. Теперь у них есть шанс.
Он помолчал, потом добавил тише:
— И еще хотел извиниться. За семью. За то, что они с тобой так поступили.
— Ты тут ни при чем, — я пожала плечами. — Тебе тогда пятнадцать было.
— Я знаю. Но все равно стыдно. Я пытался приехать на похороны, но мать не пустила — сказала, что я еще маленький. А потом… потом уже было поздно что-то исправлять.
Мы стояли и смотрели, как дети радостно фотографируются с дипломами.
— У меня есть предложение, — вдруг сказал Миша. — В центре не хватает преподавателей программирования. Я могу взять дополнительные часы. И еще подготовить пару ребят к международной олимпиаде.
— Ты не обязан, — я покачала головой. — Я же не для этого фонд создала.
— Я знаю. Но я хочу помочь. Не ради тебя или денег. Ради детей.
В тот вечер мы с Мишей долго говорили в кафе. Он рассказал, как пошел против воли родителей, выбрав педагогический, а не юридический. Как влюбился в преподавание и в свой предмет. Как находил талантливых детей и занимался с ними дополнительно, бесплатно.
Через месяц Михаил стал координатором образовательных программ нашего фонда. А еще через полгода я поймала себя на мысли, что впервые за много лет чувствую, что у меня есть семья. Не по крови, а по духу — команда фонда, дети, которым мы помогаем, и Миша, единственный родственник, разделивший мои ценности.
Тётя Нина иногда звонила — жаловалась на жизнь и намекала на помощь. Я вежливо предлагала ей волонтерскую работу в фонде. Она бросала трубку.
Однажды вечером, после очередного мероприятия, мы с Мишей сидели в парке. Дети запускали в небо фонарики с написанными на них мечтами.
— Знаешь, — сказал он, глядя на огоньки, — ты правильно сделала. С фондом. С родственниками. Со всем.
— Думаешь?
— Уверен. Настоящее богатство — это возможность менять жизни к лучшему. И строить отношения не из-за выгоды, а по-настоящему.
Я смотрела на детские лица, освещенные огнями фонариков, и понимала: миллионы на счетах — ничто по сравнению с этими мгновениями. Теперь у меня есть то, чего не купишь ни за какие деньги — возможность видеть, как сбываются чужие мечты, и люди рядом, которые ценят не мой кошелек, а меня саму.
Это и есть настоящее богатство.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал— впереди вас ждет много интересных рассказов!
Еще интересное: