Марина стояла у окна, задумчиво глядя на улицу. Весеннее солнце уже пригревало, но на душе у нее было тревожно. Из кухни доносился звон посуды и громкие голоса – свекровь Алла Петровна с мужем и друзьями в очередной раз нагрянули в гости без предупреждения. Марина вздохнула и повернулась к мужу, который невозмутимо читал газету в кресле.
– Алеша, ну сколько можно все это терпеть? Твоя мама со своей компанией нас совсем одолели. Никакого покоя по выходным! Они ведут себя так, будто это их дом – шарят по шкафам, подъедают все из холодильника, разбрасывают вещи. А мне потом убирать за ними. Ты же видишь, что творится!
Алексей отложил газету и виновато посмотрел на жену:
– Мариш, ну что я могу поделать? Это же моя мама. Не могу же я ей сказать: все, хватит к нам ходить. Обидится ведь.
– А о том, что я обижаюсь, ты не думал? Мы молодая семья, нам нужно свое личное пространство, время побыть вдвоем. А то получается, что дома мы не отдыхаем, а принимаем гостей. Причем незваных! – Марина чувствовала, что начинает заводиться. Эта ситуация ее порядком достала.
– Ладно, я понимаю. Давай что-нибудь придумаем. Может, поговоришь с мамой по-свойски, объяснишь, что нам нужно больше времени для себя? – неуверенно предложил муж.
– Легко сказать – поговори. Я уже намекала, и не раз. Но твоя мама, похоже, намеков не понимает, – вздохнула Марина. – Ну да ладно, пойду помогу ей на кухне, пока она там все не перебила.
Краткая предыстория Марина и Алексей поженились полгода назад. Оба работали, жили в небольшой, но уютной квартире, доставшейся Алексею от бабушки. Жизнь только начиналась, планов и надежд было громадье.
Знакомство Марины со свекровью поначалу прошло очень даже неплохо. Алла Петровна показалась ей милой, приветливой женщиной. На свадьбе она искренне радовалась за сына, обнимала сноху, желала молодым счастья и как можно скорее порадовать ее внуками.
Но семейная идиллия длилась недолго. Через пару месяцев после свадьбы Алла Петровна вышла на пенсию. И если раньше ее общение с молодыми ограничивалось редкими визитами по праздникам, то теперь у нее было море свободного времени. А заняться ей, видимо, было особенно нечем.
Зато в личной жизни у свекрови случились большие перемены. Она вдруг похорошела, помолодела, стала одеваться ярко и модно. А вскоре познакомила Марину и Алексея со своим ухажером – Павлом Сергеевичем, импозантным мужчиной немного старше ее.
– Прекрасный человек Паша! Душа компании! Вы с ним обязательно подружитесь, – щебетала Алла Петровна.
Вслед за Павлом Сергеевичем в доме молодых стали появляться и другие «друзья семьи» – супруги Лидия и Вениамин. С ними всегда увязывался их маленький внук Артемка – избалованный, капризный мальчишка лет семи.
Теперь почти каждые выходные вся эта веселая компания вваливалась к Марине и Алексею, едва те успевали проснуться. Гости с порога начинали хозяйничать на кухне, рыться в холодильнике в поисках вкусненького, заваривать чай, резать салаты, жарить картошку.
– Мариночка, где у вас соль? А масло растительное? Ой, у тебя есть мука? Хочу блинчиков напечь! – Лидия шумела на всю квартиру, гремела кастрюлями и сковородками.
От ее зычного голоса Артемка просыпался и начинал канючить:
– Баба, хочу какао! И пирожное! А еще возьми мне во-о-он ту красную машинку, ну пожалуйста!
Машинка, между прочим, была коллекционная, подарок Алексею от друзей. Марина однажды уже находила ее у Артемки, еле отобрала. И теперь строго-настрого запретила трогать игрушки в комнате. Но разве Лидию волновали такие мелочи?
– Ничего, Темочка, поиграешь и вернешь. У дяди Алеши их много, он поделится с тобой, – улыбалась она внуку.
– Да, Алеша, не будь жадиной, дай ребенку поиграть, – вставляла свои пять копеек Алла Петровна.
Марина только стискивала зубы. Ссориться со свекровью и ее подругой ей не хотелось. Она понимала, что муж вряд ли ее поддержит. Алексей сам робел перед матерью и предпочитал отмалчиваться.
А один раз вообще сбежал на рыбалку с друзьями, оставив Марину одну разбираться с незваными гостями.
Перипетии В тот злополучный день Марина проснулась от грохота на кухне. Алексей накануне вернулся из командировки, они собирались вместе позавтракать и пойти в парк. Но дверь, судя по звукам, открыл кто-то другой.
«Свекровь, кто же еще», – сердце Марины упало. И точно, через минуту в комнату влетела раскрасневшаяся Алла Петровна.
– Доброе утро, детки! А мы тут мимо ехали, дай, думаю, завернем к вам на часок. Ой, Алешенька, с приездом тебя! Мама так соскучилась!
Следом в комнату ввалилась Лидия с Артемкой, пыхтя отдуваясь. В руках у нее были объемные клетчатые сумки.
– Привет честной компании! Мы тут вам гостинчиков привезли, сейчас будем завтракать.
«Гостинчики» – это громко сказано. Обычно Лидия притаскивала объедки со своего стола, а то и просроченные продукты. Но готовить предпочитала из свежих, Марининых.
На кухне уже хозяйничал Вениамин – гремел посудой, включал чайник, искал по шкафам сахар. А у двери, отдуваясь, стоял Павел Сергеевич с каким-то свертком.
– Ну здравствуйте, молодые! Алеша, я тут тебе телевизор привез, небольшой совсем, списанный. В гараж поставишь, а то что он у меня зря пылится, – с этими словами он бесцеремонно протиснулся в комнату, опуская тяжеленный ящик прямо на паркет.
У Марины потемнело в глазах. Этого старого монстра еще им в квартире не хватало!
– Спасибо, Павел Сергеевич, но нам правда не нужен второй телевизор. Тем более неисправный, – твердо сказала она. – Может, вы заберете его обратно?
– Ну и ладно, мы и сами его заберем. За такую вещь спасибо надо говорить, между прочим, – насупилась Алла Петровна. Она явно была недовольна, что невестка осмелилась возразить ее дорогому Паше.
– Мам, ну зачем нам этот хлам? У нас места нет, сама видишь, – робко попытался урезонить ее Алексей.
– Не хлам, а вещь! Скажи еще спасибо, что Паша о тебе, неблагодарном, думает! – голос свекрови звенел от возмущения.
Марина с Алексеем переглянулись. Завтрак был безнадежно испорчен, о прогулке можно было забыть. Весь день им пришлось развлекать незваных гостей. А вечером отскребать пригоревшую кашу со сковородок и отмывать гору жирной посуды.
В довершение всего, когда гости засобирались домой, Артемка умудрился разбить новую вазу, которую молодым на свадьбу подарила Маринина тетя. Ваза была необычной, муранского стекла, и стоила, наверное, целое состояние. Марина охнула и бросилась собирать крупные осколки. Алексей только растерянно развел руками.
Лидия даже не подумала извиниться или предложить возместить ущерб. Только отмахнулась:
– Подумаешь, вазочка какая-то! Нечего было на видном месте ставить. Темочка же не специально, он маленький еще, не понимает.
«Маленький, как же, – зло думала Марина, оттирая брызги компота с ковра. – Специально он ее грохнул, я видела. Вредный, избалованный мальчишка!»
Но вслух она ничего не сказала. Проводила гостей, закрыла дверь и без сил опустилась на диван. Алексей осторожно обнял ее за плечи:
– Ну ты чего, Мариш? Из-за вазы переживаешь? Не расстраивайся, я тебе новую куплю, еще лучше. Слушай, может все-таки поговоришь с мамой? Скажешь, что нам такие частые визиты ни к чему?
– Сам с ней поговори, это же твоя мать. Тебе и карты в руки, – устало отозвалась Марина. – Не хочу выяснять с ней отношения.
На том и порешили. Но Алла Петровна будто и не думала сбавлять обороты. Через пару недель гости нагрянули снова.
Кульминация В очередные выходные Марина решилась на серьезный разговор. Застав свекровь на кухне одну, она набрала в грудь побольше воздуха и начала:
– Алла Петровна, можно с вами поговорить? Понимаете, нам с Алешей очень приятно, что вы так часто к нам заходите. Но, если честно, нам бывает трудновато принимать гостей почти каждые выходные. У нас ведь тоже свои дела, хочется отдохнуть, побыть вдвоем. Мы все-таки совсем недавно поженились. Да и затраты опять же…
При слове «затраты» лицо Аллы Петровны вытянулось и застыло. Казалось, она сейчас взорвется от возмущения. Но Марина продолжала, стараясь говорить как можно мягче:
– Поймите меня правильно, я ни в коем случае не хочу вас обидеть. Просто, может быть, вы могли бы заранее предупреждать о визитах? И приходить не так часто, скажем, раз в месяц? А то у нас совсем времени не остается на свои дела.
Договорить она не успела. Алла Петровна вскочила со стула и громко, с надрывом заголосила:
– Ах вот ты как заговорила! Затраты ей видите ли! А я, значит, на сыночка своего родного потратиться не могу? Да я всю жизнь на вас, неблагодарных, горбатилась!
– Да я вовсе не об этом, при чем тут… – попробовала оправдаться Марина.
– А при том! Знаю я вас, молодых, все бы вам по клубам-ресторанам шляться, деньги транжирить! А мать родную принять – так затраты, видите ли, большие! Стыдно должно быть такое говорить!
– Алла Петровна, да никто и не говорил… Вы не так меня поняли…
– Все я прекрасно поняла! Жадная ты, Мариночка, жадная! И сына моего против меня настраиваешь! Вот помяни мое слово, добром это не кончится! – в сердцах бросила свекровь и, круто развернувшись, выскочила из кухни.
Марина застыла на месте, не веря своим ушам. Она ожидала, что свекровь может обидеться, но такой бурной реакции не ожидала. Да и обвинения были совершенно несправедливыми. Ну какая она жадная? И почему сразу настраивает мужа против матери?
Алла Петровна тем временем в гостиной поспешно собирала свои вещи, шумно отдавая распоряжения.
– Лида, Веня, собирайтесь! Нам здесь больше делать нечего. Поехали домой, я вам такой обед приготовлю – пальчики оближете!
– Алла, да что случилось-то? – недоумевал Павел Сергеевич.
– Что, что! Невестка моя дорогая сказала, что мы им надоели. Представляешь, Паша, я им, оказывается, в тягость! Мешаю видите ли молодым жить, – всхлипывала Алла Петровна.
Лидия всплеснула руками и укоризненно покачала головой. Вениамин недовольно засопел. Артемка с любопытством смотрел на взрослых, явно не понимая, что происходит. Только Алексей стоял бледный и растерянный посреди комнаты.
– Мам, ну что ты такое говоришь? Марина вовсе не это имела в виду. Просто хотела попросить, чтобы вы заранее предупреждали о визитах, только и всего, – пролепетал он.
Но Аллу Петровну было уже не остановить. Всхлипывая и причитая, она направилась в прихожую, на ходу подталкивая своих друзей к выходу.
– Нет уж, я больше ни ногой в этот дом! Не дождетесь! Пойдемте, Паша, Лида, Веня. Не будем мешать голубкам, пусть живут как хотят. А я уж как-нибудь переживу, что родной сын от меня отказался.
Марина почувствовала, что закипает. Это уже ни в какие ворота не лезет! Она шагнула вперед:
– Послушайте, Алла Петровна! Никто от вас не отказывается. Я всего лишь попросила соблюдать наши границы и личное пространство. Это нормально для любой семьи. Вы же сами когда-то были молодой, неужели не понимаете?
– Ах, я всего не понимаю? Значит, плохая мать, по-твоему? Все, разговор окончен! Прощай, сынок. Не думала я, что ты выберешь жену, а не родную мать, – трагически вздохнула Алла Петровна и, хлопнув дверью, вышла на лестницу.
Незваные гости засуетились, торопливо прощаясь и выходя вслед за ней. Марина устало прислонилась к стене. Руки у нее дрожали, на глаза наворачивались слезы. Ну вот, она все-таки довела свекровь до скандала, хотя очень этого не хотела. Теперь та точно возненавидит ее.
Алексей тихо подошел к жене и обнял за плечи.
– Мариш, ну ты чего? Не расстраивайся ты так. Мама же просто горячится, ей надо время остыть. Вот увидишь, скоро одумается, сама придет мириться.
– Что-то я сомневаюсь. Ты же слышал, как она кричала. Сказала, что ноги ее больше здесь не будет. Выходит, я все испортила, – Марина невесело усмехнулась сквозь слезы.
– Да брось ты! Мама всегда такая, вспыльчивая. Но отходчивая. Вот помнишь, в детстве я как-то разбил ее любимую вазу. Так она со мной неделю не разговаривала. А потом ничего, оттаяла. Меня-то она точно простит, а там глядишь и тебя заодно.
– Дай-то Бог. Ладно, пойду на кухню, надо посуду перемыть, пока там бардак, – вздохнула Марина и поплелась наводить порядок.
Вечером, лежа без сна, она все прокручивала в голове сегодняшнюю сцену. И чем больше думала, тем больше убеждалась: поступила она правильно. В конце концов, надо же когда-то начинать отстаивать свои границы. Пусть даже ценой семейного скандала.
А утром позвонила мама и сказала, что бабушке стало плохо с сердцем. Пришлось ехать в больницу, потом хлопотать, чтобы положили в хорошую палату. Про ссору со свекровью Марина и думать забыла. Но через пару дней события напомнили о себе самым неожиданным образом.
Развязка В среду вечером в дверь позвонили. На пороге стояла мрачная Алла Петровна в сопровождении не менее мрачного Павла Сергеевича.
– Ну здравствуй, невестушка, – процедила свекровь, проходя в прихожую. – А мы вот решили еще разок зайти, гостинцев вам принесли. Паша, неси сюда.
В руках Павла Сергеевича была знакомая клетчатая сумка. Он прошел на кухню и начал выкладывать на стол какие-то свертки и пакеты. Марина с замиранием сердца смотрела на мужа. Тот пожал плечами: мол, что поделаешь, сами напросились.
– Ну и где будем чай пить? – бодро осведомилась Алла Петровна, усаживаясь на табуретку.
– Сейчас, одну минуточку, – пробормотала Марина и метнулась к буфету за посудой.
Но не тут-то было. Полки буфета встретили ее зияющей пустотой. Ни одной тарелки, ни одной чашки, ни вилок, ни ложек. Даже сахарницы нет. Марина недоуменно обернулась к мужу:
– Алеш, а где наша посуда? Ты ничего не брал?
– Нет, а что? – так же недоуменно спросил он. И тут же хлопнул себя по лбу. – Ах да, я же совсем забыл тебе сказать! Я тут на днях все лишнее из буфета убрал, на антресоли. Ну, в рамках нашей новой политики экономии, – он заговорщицки подмигнул жене.
До Марины начало доходить. Ах вот оно что! Муж-то времени даром не терял, подготовился к очередному визиту родственников. Молодец, ничего не скажешь.
– Так что, даже чаю нет? – вытаращила глаза Алла Петровна. – Что ж мы пить-то будем?
– Сейчас, погодите, – Марина решительно открыла кран, набрала в чайник воды и поставила его на плиту. Потом достала из шкафчика четыре стакана. Обычные граненые стаканы, в которых советские люди любили пить чай вприкуску.
Стол быстро был накрыт. В центре красовалась тарелка с черствыми бубликами. Других угощений в доме не нашлось – даже сахара. Зато водички вдоволь.
– Это что ж такое? – пробормотал Павел Сергеевич, с недоумением разглядывая скудную сервировку. – Мариночка, ты никак шутишь? Давай-ка доставай чашки-блюдца, у вас же сервиз хороший был, я помню.
– А нету сервиза, Павел Сергеевич. И сахара с печеньем тоже нету. У нас денежные трудности, вот и приходится во всем себе отказывать, – бодро сообщил Алексей, усаживаясь напротив матери.
У той от возмущения даже дар речи пропал. Несколько минут свекровь молча переводила взгляд с сына на невестку, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба.
– Это еще что за новости? – наконец выдавила она. – Какие такие трудности? Вы что, разорились?
– Да почти, – вздохнула Марина. – Работу-то я потеряла, нового места пока не нашла. А Леша на своей копейки получает. Сами понимаете, тут не до разносолов.
– Так ведь я же тебе говорила, сынок, бери ипотеку! Купили бы квартиру побольше, глядишь и место бы невестке твоей нашлось. Поближе к нам опять же, – всплеснула руками Алла Петровна.
Марина с мужем переглянулись. Опять двадцать пять! Свекровь ведь твердит об этом с самой свадьбы. И каждый раз получает один и тот же ответ.
– Не потянем мы ипотеку, мам. Я же объяснял уже. Да и зачем нам большая квартира? Своя крыша над головой и так есть, и слава Богу, – терпеливо повторил Алексей.
– Ну что ж, вам решать. Только потом не жалуйтесь, что концы с концами еле сводите, – обиженно поджала губы Алла Петровна.
Разговор потек в прежнем русле. Свекровь сыпала упреками, Павел Сергеевич вздыхал, супруги отмалчивались. Чай быстро допили, гости заторопились домой. На прощание Алла Петровна гордо бросила:
– Спасибо за угощение, конечно. Больше не побеспокоим. Пойдем, Паша.
И, не оглядываясь, вышла за дверь. Алексей проводил мать с отчимом до лифта и вернулся в комнату. Сел на диван рядом с женой, обнял ее за плечи.
– Ну вот и все. Похоже, мама и правда обиделась. Зато отвязались, а? Здорово мы их!
Марина только вздохнула. На душе у нее было неспокойно. Конечно, хорошо, что назойливые гости больше не будут их донимать. Но какой ценой? Стоило ли так резко рвать отношения? Как теперь смотреть в глаза свекрови?
Словно угадав ее мысли, Алексей сжал руку жены.
– Не переживай ты так. Это не навсегда. Помиримся еще, куда денемся. Просто маме нужно время, чтобы понять, что она тоже была не права. А пока пусть побудет одна, подумает над своим поведением. Глядишь, в следующий раз будет с нами считаться.
Финал
С той памятной ссоры прошло три месяца. За это время Алла Петровна ни разу не позвонила и не зашла. Марина места себе не находила. Пару раз пыталась помириться первой, но свекровь трубку не брала и дверь не открывала.
Зато в доме молодых теперь царили тишина и покой. По выходным они с Алексеем ездили за город, гуляли в парке, ходили в кино. Марина нашла новую работу и увлеклась hand-made. Жизнь потихоньку налаживалась.
И все-таки на сердце у нее была тревога. Как-то вечером, гладя рубашки мужа, Марина не выдержала:
– Леш, может, сходишь к маме? Поговоришь с ней по-хорошему, помиритесь. Сколько можно дуться, в самом деле? Она же переживает, наверное.
Алексей оторвался от ноутбука и задумчиво посмотрел на жену.
– Знаешь, Мариш, я тоже об этом думал. Только, боюсь, не поможет это. Мама упрямая, сама знаешь. Захочет – сама придет. А насильно мил не будешь.
– И все-таки сходи, а? Ради меня. Мне правда очень неловко, что так получилось. Вдруг она думает, что это я тебя настроила против нее?
– Ох, Мариша, Мариша. Вот ведь заботливая ты у меня, – улыбнулся Алексей, целуя жену. – Ладно, схожу на днях, обещаю. Только ты не волнуйся, ладно?
Слово свое он сдержал. В ближайший выходной отправился к матери с букетом цветов и тортом. Вернулся поздно вечером, усталый и задумчивый. Марина встретила его вопросительным взглядом.
Алексей вздохнул и присел на край дивана.
Алексей обнял жену и прижал к себе.
Марина грустно улыбнулась. Леша, ее Леша. Всегда найдет слова утешения. И ведь прав же, чертяка. Только легче от этого почему-то не становится.
Она вздохнула и крепче прижалась к мужу. Что ж, значит, будем ждать. А там — как Бог даст. Лишь бы дал. И простил.
Ничего, прорвемся. Не в первый раз. Да и не в последний, наверное. Главное — что мы вместе, плечом к плечу. А любая беда — она до поры до времени. Проходит, слава Богу.
Уже проваливаясь в сон, Марина вдруг отчетливо поняла: у них с Лешей все будет хорошо. Обязательно будет. Потому что они — семья. А семья — это самое главное. Важнее всех обид, недоразумений и ссор.
Утром позвонила мама:
Марина чуть телефон не выронила от неожиданности. Проговорила в трубку срывающимся голосом:
Вот так, в один момент все и разрешилось. Словно по мановению волшебной палочки. Впрочем, так всегда и бывает. Когда есть любовь, доверие и желание понять друг друга. На том и стоит семья. Дай Бог каждому.
Вот такая история приключилась с Мариной и Алексеем. Поучительная — это уж точно. Про извечный конфликт «отцов и детей». И про то, как его избежать. Ну, или хотя бы минимизировать потери.
Границы — штука полезная и нужная. Но куда важнее — любовь, терпение и умение прощать. Особенно своих близких. Тех, без кого наша жизнь была бы пустой и холодной.
Как сказал мудрый Омар Хайям, «Чтоб мудро жизнь прожить, знать надобно немало. Два важных правила запомни для начала: Ты лучше голодай, чем что попало есть. И лучше будь один, чем вместе с кем попало». Золотые слова!
Будем беречь друг друга. И ценить то, что имеем. А врагов… Да и врагов будем прощать. По силам, конечно. И по разумению.
На том и порешим. Мира вам, добра и семейного счастья!