Маша устала. Нет, не просто устала — вымоталась до предела. С раннего утра она крутилась, как белка в колесе: подвезти дочку в школу, успеть на совещание, ответить на десятки писем, которые сыпались в её почту, как из рога изобилия. И вот, едва перевела дух, как раздался звонок в дверь.
На пороге стояла она — тётя Лида. Женщина, которой в их семье удавалось быть одновременно центром вселенной и эпицентром хаоса. Лет пятидесяти пяти, с тщательно уложенными волосами и неизменной красной помадой, Лида всегда появлялась внезапно. Её визиты обычно обещали бурю.
— Маруся, милая, я к тебе с делом, — тётя Лида, не дожидаясь приглашения, прошла в прихожую, оставляя за собой аромат дорогих духов и проблемы.
Маша закатила глаза, но ничего не сказала. Она знала, что тётю Лиду невозможно остановить. Та уже сидела на диване в гостиной, расправляя подол ярко-зелёного платья.
— Что за дело? — Маша подошла к тёте, скрестив руки на груди. Её голос был нейтральным, но внутри начинал закипать раздражение.
— Милая, у меня тут идея, — Лида наклонилась чуть вперёд, словно делилась государственной тайной. — Ты же знаешь, у нас скоро семейный юбилей. Так вот, ты, как наша главная звезда и талантливая девочка, должна помочь мне с организацией.
Маша подняла брови.
— Организовать юбилей? — переспросила она, стараясь сохранить спокойствие.
— Да, да! Ну ты же такая креативная, а я, знаешь, в этом деле совсем не сильна. Ты бы придумала, что там надо: еду, музыку, конкурсы. Всё, чтобы было на высшем уровне!
Маша вздохнула.
— Тётя Лида, у меня на работе завал, дома дела, ребёнок, уроки…
— Ну ты же всегда находишь время! — перебила Лида, махнув рукой. — Тем более для семьи.
— Нет уж, увольте! — отрезала Маша, глядя в глаза наглой родственнице. — Ни времени, ни желания вам помогать у меня нет.
Лида застыла, словно статуя, несколько секунд молча глядя на Машу. Потом медленно поднялась с дивана.
— Значит, ты мне отказываешь? — её голос звучал холодно и почти драматично.
— Именно, — спокойно ответила Маша, чувствуя, как напряжение начинает спадать.
— Ну что ж… — Лида прищурилась, — я этого так не оставлю.
Она молча направилась к двери, оставляя за собой ледяной шлейф недовольства. Когда дверь за ней закрылась, Маша выдохнула и, наконец, улыбнулась.
Но радость длилась недолго. Через несколько часов её телефон разрывался от звонков других родственников, которым Лида уже успела всё рассказать.
— Маруся, ты что, отказалась помочь тёте? — прозвучал голос бабушки.
— Да, бабушка, отказалась.
— Ну ты же понимаешь, как она теперь обижена?
— А мне всё равно, — ответила Маша, стараясь не терять самообладание.
После этого она положила трубку, чувствуя, как внутри снова начинает нарастать злость. Какое право имела тётя Лида требовать от неё что-то, словно это её обязанность?
На следующий день в офисе Машу ждал новый сюрприз.
На следующий день Маша пришла в офис раньше обычного, надеясь на тихое утро и возможность спокойно закончить отчёты. Но едва она поставила чашку кофе на стол, как её начальник, Олег Сергеевич, выглянул из-за угла.
— Маша, зайдёшь ко мне на минутку?
Она кивнула, чувствуя лёгкую тревогу. Олег Сергеевич редко приглашал её просто так. Обычно за этим следовало либо что-то важное, либо неприятное.
Когда она вошла в кабинет, он жестом предложил ей сесть и, не теряя времени, перешёл к делу.
— Тут такая ситуация… Ты знаешь Лидию Павловну?
Маша напряглась.
— Лидию Павловну?
— Ну да, вашу тётю. Оказывается, она знакома с нашим генеральным директором. Они вместе учились в университете.
Маша почувствовала, как у неё внутри всё оборвалось.
— И что? — осторожно спросила она.
— Да ничего особенного, просто она вчера звонила нашему шефу. Просила передать, что ты — человек, который отлично справляется с организацией мероприятий. Он был впечатлён. И теперь у нас для тебя предложение.
— Предложение? — переспросила Маша, чувствуя, как нарастает напряжение.
— Да, мы подумали, что ты могла бы взять на себя организацию предстоящей корпоративной вечеринки.
Маша тяжело выдохнула.
— Простите, но я сейчас загружена основной работой. У меня просто нет времени.
— Маша, это ведь не просьба, — голос Олега Сергеевича стал чуть строже. — Это поручение от самого генерального.
Маша не знала, что ответить. Тётя Лида снова нашла способ вмешаться в её жизнь. И теперь это касалось не только семьи, но и её карьеры.
Когда она вышла из кабинета, телефон снова завибрировал. На экране высветился номер Лиды.
— Ну как, Маруся, получила мою «рекомендацию»? — раздался её довольный голос, как только Маша ответила.
— Вы что, специально это устроили? — прошипела Маша, стараясь держать голос тихим, чтобы никто не услышал.
— Конечно. Если ты не хочешь помочь по-доброму, я найду способ заставить тебя.
— Это шантаж, — Маша почувствовала, как злость начала её душить.
— А ты называй это как хочешь, — усмехнулась Лида. — Главное, чтобы всё было сделано.
Маша бросила трубку и, едва сдерживая слёзы, вернулась к своему столу.
Но она уже знала: тётя Лида перешла черту, и это было началом войны.
На выходных Маша решила немного отвлечься от рабочих проблем. Вместо того чтобы сидеть дома, она поехала в маленький антикварный магазин, который давно хотела посетить. Уютное место, полное старинных вещей, всегда помогало ей расслабиться.
Но, перебирая старые книги, она вдруг увидела знакомую фамилию на одной из обложек. Это была толстая записная книжка с кожаным переплётом, а на углу золотыми буквами было выбито: «Павлова Лидия Петровна».
Маша растерянно открыла её. Это оказался личный дневник тёти Лиды, судя по всему, забытый ею много лет назад. Первая страница начиналась фразой, которая заставила Машу нахмуриться:
«Если кто-то узнает о моей тайне, всё пропало.»
Маша не удержалась и пролистала несколько страниц. В записях упоминались какие-то странные сделки, нелепые обещания и даже намёки на обман близких.
Но чем дальше она читала, тем больше её взгляд цеплялся за фразу, которая выбивалась из общего контекста:
«Я не могу допустить, чтобы Маша узнала правду.»
«Какую правду?» — пронеслось у неё в голове.
Внезапно её телефон завибрировал, вырывая из мыслей. Звонила Лида. Маша долго смотрела на экран, но не ответила.
Маша вернулась домой с дневником, чувствуя себя так, будто случайно открыла ящик Пандоры. Она устроилась на диване, включила настольную лампу и, несмотря на усталость, продолжила читать.
Записи в дневнике были неравномерными: иногда Лида писала каждый день, иногда пропадала на месяцы. Однако всё больше страниц заставляли Машу нахмуриться.
«Всё из-за Маши. Если бы не она, у меня была бы совсем другая жизнь. Но я это исправлю.»
«Я сделала, как он сказал. Никто не узнает, что я подписала бумаги под чужим именем. Но если правда всплывёт, Маша всё потеряет.»
«Скоро всё встанет на свои места. Я добьюсь того, чего заслуживаю.»
Маша захлопнула дневник, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Бумаги? Какое ещё чужое имя? И причём тут она сама?
Ей не терпелось узнать больше, но в дневнике не было прямых ответов, только намёки и разрозненные мысли. Однако одна запись, датированная десятью годами назад, привлекла её внимание:
«Юбилей был катастрофой, но я получила, что хотела. Надеюсь, Маша никогда не узнает, что её квартира — это моя сделка.»
Квартира? Маша застыла. Речь шла о той самой квартире, в которой она жила с дочерью. Её первой большой покупке, гордости, к которой она так долго шла.
Не выдержав, она достала папку с документами на квартиру. Всё казалось в порядке, пока она не нашла копию договора купли-продажи. Там, в графе «Предыдущий владелец», значилось имя, которое она знала: Павлова Лидия Петровна.
Маша почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо. Тётя Лида продала ей квартиру? Зачем? И почему она скрыла это?
В голове начал складываться неприятный пазл.
На следующий день Маша решила действовать. Она набрала номер Лиды, но та, как назло, не отвечала. Тогда Маша отправила ей короткое сообщение:
«Мы должны поговорить. Немедленно.»
Ответ пришёл через пару минут:
«Зайди ко мне сегодня вечером.»
Вечером, оставив дочку у подруги, Маша направилась к тёте. Лида встретила её с дежурной улыбкой, но Маша сразу поняла, что та напряжена.
— Ну, проходи, Маруся. Чай, кофе?
— Обойдёмся без любезностей, — сказала Маша, бросая сумку на кресло. — Я нашла твой дневник.
Улыбка Лиды медленно сползла с её лица.
— Что? Какой ещё дневник?
— Тот, который ты забыла в антикварной лавке. Я всё прочитала, Лида. Включая записи о моей квартире.
Лида нервно сглотнула, но быстро взяла себя в руки.
— И что ты хочешь сказать?
— Я хочу знать правду. Зачем ты продала мне эту квартиру? И почему скрывала это?
Лида подняла подбородок, словно решив, что теперь она должна стоять до конца.
— Хорошо. Ты хочешь знать правду? Слушай.
Она медленно села в кресло напротив и заговорила.
— Лет десять назад я вложилась в одну финансовую авантюру. Меня уговорил твой дядя, а я, как дура, согласилась. В итоге осталась без денег и с долгами. Квартиру пришлось выставить на продажу. Тогда я узнала, что ты копишь на жильё. И я решила… помочь.
— Помочь? — Маша фыркнула. — Это ты называешь помощью?
— Да. Я специально поставила цену чуть ниже рыночной, чтобы ты смогла её купить.
— Это всё? — Маша прищурилась.
Лида вздохнула.
— Нет. Чтобы перекрыть долги, мне пришлось воспользоваться твоим именем.
— Моим именем?! — Маша вскочила.
— Да. Одна из сделок оформлялась через подставное лицо. И это лицо — ты. Точнее, твои данные.
Маша почувствовала, как у неё закружилась голова.
— Ты… ты украла мои документы?
— Я вернула их, — быстро вставила Лида. — И всё закончилось хорошо. Ты получила квартиру, я закрыла долги.
— Хорошо? Ты считаешь, что это нормально? — Маша дрожала от злости. — Ты понимаешь, что могла меня подставить?
— Маруся, ты же не пострадала!
— Пока что, — стиснув зубы, сказала Маша. — Но это значит, что я могу.
Лида молчала, глядя на неё.
— Я этого так не оставлю, — сказала Маша и направилась к выходу.
Маша не собиралась спускать тёте её поступки. Первым делом она обратилась к знакомому юристу, рассказав ему о ситуации. Он долго читал документы и, наконец, покачал головой.
— Доказать что-то будет сложно. Всё было оформлено грамотно, и технически твоя тётя ничего не нарушила.
— Но она использовала мои данные!
— Да, но прошло много лет. Если ты попробуешь поднять это дело, тебе придётся доказать, что ты не давала согласия.
Маша почувствовала бессилие, но сдаваться не собиралась.
На следующий день она решила нанести ответный удар.
Маша провела ночь за размышлениями. Сражаться с тётей Лидой напрямую — дело бесполезное. Та всегда находила способ выкрутиться, и даже закон, судя по словам юриста, был не на стороне Маши. Но кое-что у неё всё-таки было: дневник.
Она решила, что если Лида так боится раскрытия своей тайны, то нужно использовать это как козырь. Однако просто угрожать было бы слишком банально. Маша задумала нечто большее.
На следующий день она пошла к подруге Ире, журналистке в местной газете.
— Ира, мне нужна твоя помощь, — начала Маша, доставая дневник.
— Ты решила пойти против собственной тёти? — удивилась Ира, пролистывая записи.
— Нет, я решила её обезвредить.
Ира, привыкшая к разным историям, всё-таки подняла бровь.
— Что ты имеешь в виду?
— Мы напишем статью. Об этом дневнике.
— Ты уверена? Это может поднять шум.
— Именно это мне и нужно, — кивнула Маша. — Пусть она думает, что всё идёт к скандалу.
Через несколько дней в местной газете появилась заметка с интригующим заголовком: «Тайны старого дневника: скандальные признания неизвестной дамы». В статье упоминались загадочные сделки, намёки на обман и незаконные действия, но имён не называлось.
Лида, конечно, сразу поняла, о чём идёт речь. Она явилась к Маше в тот же день, красная от ярости.
— Ты с ума сошла? — влетела она в квартиру без стука. — Ты что, решила выставить нашу семью на посмешище?
— Я ничего не выставляла, — спокойно ответила Маша, заваривая чай. — Просто журналистка нашла интересный материал.
— Ты же понимаешь, что это обо мне!
— А где это написано? — Маша невинно пожала плечами. — Твоё имя не упоминается.
Лида смотрела на неё, как на врага.
— Ты играешь с огнём, девочка.
— Нет, это ты играешь, — ответила Маша, ставя чашку перед тётей. — Я просто решила действовать твоими же методами.
Лида была на грани срыва. Она понимала, что теперь на неё смотрят. Каждый, кто читал статью, будет задавать вопросы, подозревать. А если Маша захочет продолжения?
— Что тебе нужно? — наконец выдохнула Лида.
— Всё просто. Ты оставляешь меня в покое. Больше никаких манипуляций, никаких требований, никаких угроз.
— И это всё?
— Нет, — Маша наклонилась ближе. — Ещё ты исправляешь все свои старые ошибки. Например, с документами на мою квартиру.
Лида сжала зубы, но понимала, что выбора у неё нет.
Несколько дней спустя Маша получила от юриста сообщение: Лида действительно передала ей все права на квартиру и теперь та юридически полностью принадлежала Маше.
Но самое удивительное произошло позже. В своём почтовом ящике Маша нашла конверт. Внутри было письмо от Лиды:
«Маруся, ты победила. Но помни, что в любой войне есть две стороны. Пока ты читала мой дневник, ты не заметила главного. Посмотри последнюю страницу.»
Маша бросилась к дневнику. На последней странице, которую она пропустила, красовались строки:
«Маша ничего не знает о настоящем владельце её квартиры. Её отец оставил нам всем тайну, которая может разрушить её жизнь.»
Маша откинулась на спинку дивана, чувствуя, как мир снова начинает рушиться.
— Какую ещё тайну? — прошептала она, глядя на слова, которые обещали новый виток войны.
Маша смотрела на последнюю страницу дневника, пока её мысли путались. «Тайна отца»? Почему Лида только теперь заговорила об этом? Зная тётю, она была уверена в одном: если бы Лида хотела ей навредить, она сделала бы это давно. Тогда зачем всё это?
Она закрыла дневник и взяла телефон. Набрав номер тёти, Маша услышала усталый голос:
— Ну что, Маруся, ты поняла, что далеко не всё знаешь?
— Лида, хватит игр. Ты блефуешь.
На том конце провода повисла тишина. Затем раздался тихий смешок.
— Ты умнее, чем я думала. Да, ты права. Никакой тайны отца нет.
— Тогда зачем ты написала это?
— Чтобы ты задумалась. Мне нужно было, чтобы ты прочитала дневник до конца.
Маша нахмурилась.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Приходи ко мне завтра. Я всё объясню.
На следующий день Маша вновь оказалась в квартире тёти. Но теперь атмосфера была совсем другой. Лида выглядела спокойной, даже немного грустной.
— Садись, — сказала она, указав на диван.
Маша, насторожённая, молча присела.
— Я знаю, что ты обо мне думаешь, — начала Лида, наливая чай. — Хитрая, эгоистичная манипуляторша, которая думает только о себе.
— Ты сама создала этот образ, — холодно ответила Маша.
— Возможно. Но ты никогда не задавалась вопросом, почему я столько времени вмешивалась в твою жизнь?
— Потому что ты не умеешь не вмешиваться, — пожала плечами Маша.
Лида улыбнулась.
— А если я скажу, что это было ради тебя?
Маша подняла брови.
— Ради меня?
— Да. Ты думаешь, что я продала тебе квартиру, чтобы закрыть свои долги? Это правда, но только частично. На самом деле я специально выбрала именно твоё имя для сделки.
— Зачем?
— Потому что на тот момент на меня уже охотились кредиторы. Если бы я оформила что-то на себя, они бы всё отняли. А ты была молодая, чистая, перспективная. Я знала, что ты сможешь расплатиться за квартиру, если что-то пойдёт не так.
— Это звучит ужасно, — Маша покачала головой. — Ты просто использовала меня.
— Может быть. Но я также защитила тебя, Маруся. Твои родители оставили тебя, когда ты была ещё ребёнком. Кто заботился о тебе? Кто помогал, как мог?
Маша молчала.
— А когда ты выросла и решила стать самостоятельной, кто обеспечил тебе место, где ты могла начать новую жизнь?
— Это была не твоя забота, Лида. Ты могла просто оставить меня в покое.
— Я не могла. Потому что обещала твоей матери.
Маша замерла.
— Обещала?
Лида с грустной улыбкой кивнула.
— Твоя мама попросила меня заботиться о тебе. Она знала, что не сможет быть рядом. И я исполнила её просьбу, как могла. Да, иногда неправильно. Иногда глупо. Но всё, что я делала, я делала для тебя.
Маша смотрела на тётю, не зная, что сказать. Её злость и обида начали таять, но осталась горечь.
— Почему ты никогда не сказала мне этого прямо?
— Потому что я боялась, что ты не поймёшь. Да и кто бы поверил в такие слова от меня? — Лида вздохнула. — Вот я и выбрала путь сложнее.
Маша долго молчала, обдумывая услышанное. Наконец, она встала.
— Я не знаю, что сказать, Лида.
— Ничего и не нужно, — тихо ответила та.
— Но я благодарна. За всё. Даже за твои методы, какие бы они ни были.
Лида кивнула, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на облегчение.
Несколько месяцев спустя отношения между Машей и Лидой стали совсем другими. Они не стали лучшими подругами — на это ушло бы время. Но теперь Маша видела в тёте не только раздражающую родственницу, но и человека, который, несмотря на свои недостатки, искренне хотел её счастья.
Дневник остался лежать в ящике стола. Маша больше не перечитывала его. Ей не нужно было напоминание о прошлом. Теперь она знала главное: всё, что делала Лида, было продиктовано любовью, даже если выражалось это весьма странными способами.
И теперь, впервые за долгое время, Маша чувствовала, что в её жизни всё наконец-то встало на свои места.