Ирочка внимательно разглядывала гладильную доску, стараясь не поднимать глаза на свекровь. Лариса Анатольевна в очередной раз решила «поделиться мудростью».
— Ирочка, смотрю-ка на тебя и вижу, что замужняя жизнь пошла тебе на пользу, — голос мамы звучал до приторного сладко, а глаза горели лукавством.
Невестка напряглась, но промолчала, наблюдая за реакцией мужа на слова матери. К её разочарованию, Витя даже не слушал — всё его внимание было приковано к экрану телевизора.
Мама тем временем проследила за её взглядом и хмыкнула:
— Вот видишь, мой сын на тебя даже уже не смотрит. А всё почему? Потому что нужно за собой следить, Ириш. Не пихать в рот всё подряд, а по чуть-чуть. У тебя ещё и предрасположенность — мамка твоя вон как раздалась.
Ира покрепче сжала в руках утюг, борясь с желанием применить его против свекрови. Мысленно она уже превращала ту в мопса — пусть бы хрюкала, тогда и было бы не так обидно.
— Мой вес, Лариса Анатольевна, не изменился со дня замужества ни на грамм, — сказала она спокойно, не поднимая глаз от гладильной доски.
— Милая, я бы тебе поверила, если б была слепая. Но так… прости. Ты же на руки свои посмотри — кольцо-то как впивается!
— Да оно изначально маловато было! — возмутилась Ира.
А мама выгнула бровь:
— Ну, милая, ты не ищи никаких оправданий. Лучше возьми себя в руки и займись этим делом. Делай хоть что-то, а то не ровён час — муж найдёт себе постройнее.
И тут невестка не выдержала:
— А я, как погляжу, у вас прямо психологическая травма с тех пор, как от вас муж сбежал к молодухе. Тоже на весе грешите.
Она оглядела свекровь с ног до головы:
— Нет, вас сколько ни корми, только кожа да кости. А вот яду — пару литров есть. От того, видать, вы и злая такая, Лариса Анатольевна. Потому что вечно голодная.
И пока мама пыталась подобрать слова для ответа, добавила:
— Вы мой вес не трогайте. Меня всё устраивает. А если вам завидно, так вы мне шепните — я вас покормить могу.
— Витя! Ты слышал?! Нет, ну ты скажи — ты слышал, что твоя жена мне сказала только что?! — взвизгнула Лариса Анатольевна и метнулась к сыночку, заслонив своим телом обзор телевизора.
— Мам, отойди, ну не видно же ничего, — буркнул Виктор.
— Что это такое?! Эта дрянь меня оскорбляет! Почему ты молчишь?! А ну скажи ей хоть что-то!
Виктор лениво повернул голову в сторону жены. Та пожала плечами:
— Ир, а ужин скоро?
— Скоро, я позову. А вам, Лариса Анатольевна, настоятельно рекомендую — лечите нервы, пейте витамины и протравите-ка гельминтов. А то что-то вы на людей уже стали бросаться.
Хлопнула входная дверь. Мама ушла, не прощаясь.
Ира накрыла на стол и позвала мужа. Знала, что придёт не сразу — сперва дождётся рекламы. Так что села и поела одна.
Перед свекровью стыдно не было. Достала она её своими намёками на лишний вес. Не живётся ей спокойно — не к чему прицепиться, так вот и ищет хоть какие-то изъяны. Ира долго отмалчивалась, не желая усугублять, но всему есть предел. Её терпение закончилось сегодня.
Хорошо хоть муж не вмешивался. То, что он всё слышал, женщина знала наверняка — краем глаза наблюдала за ним и видела, как он косится на свою мать и супругу.
Когда Витя сел за стол, Ира уже закончила трапезничать и домывала посуду. Ну а после все мысли о ссоре со свекровью вылетели из головы — вечером у неё дел хватало, и они заняли всю её без остатка.
Зато мама напомнила о себе через неделю, позвонив Васе и позвав того в гости — якобы для того, чтобы помог, ибо сама она не справляется.
— Мама сказала, что никак без мужских рук, — оправдывался Василий, зная, что Ира будет недовольна. Ведь ей он тоже пообещал помочь.
Но жена, к его удивлению, спокойно кивнула:
— Иди, дорогой, помоги. Я и сама справлюсь.
С её стороны это был способ показать свекрови, что она не держит на неё зла и продолжать конфликт не собирается. Но Лариса Анатольевна, видимо, не оценила порыв невестки — сына стала звать к себе чуть ли не каждый день.
И ладно бы только это. Но нет — Вася стал возвращаться от матери с каждым днём всё чернее. Ира сперва не поняла, что с мужем что-то не так, списала на усталость. Ведь думала, что муж у свекрови не сидит без дела.
А потом… что говорится, грянул гром.
Было раннее утро. Ира готовила завтрак, а Вася отсыпался, так как от матери вернулся поздно. Настроение у неё было хорошее — день солнечный, она ещё вчера по акции купила рыбку красную вкуснейшей засолки.
Подсушив себе тост и выложив на него тонкие слайсы рыбки, она села за стол и потянула носом аромат свежезаваренного кофе. Хлеб приятно хрустнул, когда она впилась в него зубами, и Ира зажмурилась, наслаждаясь моментом.
И именно в этот момент на кухню вошёл Вася — растрёпанный, в растянутой майке и семейных трусах. Его блуждающий взгляд задержался на тосте, потом переместился на Иру.
— Доброе утро. Будешь? — улыбнулась женщина.
— Не, не буду. И тебе не советую. Ира, ты зачем столько хлеба ешь? Куда оно в тебя влазит? Ты скоро в дверь будешь боком входить.
Он ворчал ещё что-то, но Ира уже не слушала. Она молча убирала в сторону и без того скромный тост. Аппетит пропал, как и настроение. И даже солнце за окном померкло и больше не радовало.
Она встала и, не говоря ни слова, вышла.
На работе всё валилось из рук, а мысли то и дело возвращались к утренней ссоре. Было обидно, что муж, наслушавшись свою мамашу, так несправедливо её обидел. В том, что именно свекровь приложила к этому руку, Ира даже не сомневалась. Свежа была память, как женщина её обижала почти теми же словами. Видать, решила отомстить теперь за то, что невестка не смолчала и дала отпор.
После такого даже домой идти не хотелось. Но делать нечего — рабочий день подошёл к концу, и пришлось возвращаться.
Благо, Вася был занят и на неё не обратил никакого внимания. Он разговаривал с кем-то по телефону, и Ира невольно услышала, о чём:
— Матч будем смотреть у меня… не, Ирка не против будет. Пацаны с жёнами придут, так что ей скучно точно не будет. Готовить? Не, я закажу доставку — так проще. Ну всё, договорились. Жду тогда завтра к шести.
Она сделала вид, что не в курсе, а сама приняла решение, как и когда отомстить за свою обиду. Это будет идеальный момент, после которого Вася либо поймёт, что не во всём нужно слушать и потакать матери, либо их брак закончится. Поскольку Ира не позволит унижать себя.
О том, что придут гости, муж сообщил ей только ночью, когда уже легли в кровать:
— Ты же не против?
— Да нет, что ты. Пусть приходят.
Муж и правда заказал доставку, но немного не рассчитал и потратил все деньги, что были на карте. И естественно, по закону подлости, им не хватило алкоголя. А ещё оказалось, что у Василия закончились сигареты, без которых он жизни не мыслил.
— Жена, дай денёк. Пока перерыв — сгоняю в ларёк и куплю пивка и покурить, — протянул он руку к супруге.
А та вдруг перевела взгляд на подруг и кивнула в его сторону головой:
— Ну а я что говорила? А вы мне — хороший муж, золото, береги его. Что тут беречь? Пузо с этим пивом вон какое отрастил, ночами меня им пихает с кровати и пыхтит, потому что прокурил уже все лёгкие. А денег видите сколько заработал? Хватило аж на одну доставку. Так что, девочки, не делайте выводов, не узнав всей правды. И это я вам ещё не рассказываю о его отношениях с мамой — там вообще всё печально.
Вздохнула и утёрла невидимую слезу, краем глаза заметив, как покраснел Вася.
Гости попритихли и все ждали, что же будет дальше.
— Ира, что на тебя такое нашло? С чего ты при людях такое…
Она вскинула подбородок:
— А что, правда в глаза колет? Или мне молчать прикажешь всю жизнь? Меня ты горазд попрекать лишним весом, а сам? Ничего, что я тебе пуговицу на штанах и пиджаке перешиваю раз в месяц? Нет? Что ж ты только мои килограммы считаешь?
Мужчина вскочил на ноги, позабыв и про футбол, и про то, что на коленях стояла миска с чипсами. Они рассыпались по полу, но никого это не волновало — все ждали развязки.
— Да я же о тебе беспокоился! Лишний вес — это ведь плохо!
Женщина прищурилась:
— А где ты его нашёл, этот лишний вес? Ты меня взвешивал?
Василий замолчал и опустил глаза.
— Что ж ты затих? Давай расскажи людям, что наслушался свою мамашу полоумную и прицепился ко мне ни за что. Чего молчишь? Так ведь и есть!
Гости загомонили и стали переглядываться. Один из друзей мужа посмотрел на него и покачал головой:
— Вась, ну что ж ты так? Юрка ведь не толстая у тебя.
Женщины поддержали дружным недовольным гулом. Футбол был окончательно забыт. Гости стали расходиться.
Ира тоже ушла, проигнорировав желание мужа поговорить.
— Наговорил уже, спасибо, — обронила и вынесла из спальни подушку и одеяло.
— Ты что, тут собралась спать? — удивился муж.
А жена фыркнула:
— Ещё чего! Тут, дорогой, спишь ты и будешь спать до тех пор, пока мы не решим, что делать дальше.
— В смысле, что делать, Ир? Ты что?
— А то, Васенька. Я не собираюсь терпеть такое отношение ни от тебя, ни от твоей мамы. Так что ты подумай. Времени тебе до утра — или утихомирь Ларису Анатольевну, или подадим на развод и осчастливишь её этой новостью.
Спальню для надёжности она закрыла на щеколду и даже к собственному удивлению спала как убитая.
А проснулась от аромата кофе и корицы, который просочился в закрытую комнату. В кухне её ждал Вася — выбритый, серьёзный и слегка виноватый. На плите — турка, на столе — чашка и тарелка с синнабонами, в вазе — её любимые цветы.
— Ого, приятно. Но кажется, ты сам говорил — мне нельзя мучное.
Глаза мужа забегали:
— Ир, ну прости. Я всё понял, был не прав. Наслушался мать… Я к ней уже съездил. Обещаю — подобное не повторится.
Она выгнула бровь:
— А это она тебе так сказала, и ты поверил?
— Это я тебе говорю. А мама… мама пока со мной не разговаривает. Так что и в гости в ближайшем будущем не придёт. А если рискнёт, то я тебе обещаю — молчать не буду. Ты мне веришь?
— Нет, не верю. Но я готова дать тебе шанс.
Он кивнул и протянул супруге руку.
Да, мама бушевала, ему пришлось на неё накричать. Но зато он сохранил свой брак, и жена его простила. Но впредь он постарается не расстраивать её больше, ибо не особо ему понравилось слушать о своих недостатках при посторонних.
Retry
MA
«При написании рассказа для обозначения свекрови используйте слово «мама», не используйте слово «свекровь».»
Edit
1. ЗАГОЛОВОК:
Невестка терпела колкости мамы мужа, пока не нашла способ проучить обеих
2. ЗАГОЛОВОК ТАРЖИМАСИ:
Kelin erining onasining ta’nalarini chidab turdi, ikkalasini ham saboq berishning yo’lini topguncha
3. 4K РАСМ ПРОМТИ:
A dramatic 4K photorealistic image: A confident young woman in a modern kitchen at evening time, standing with her arms crossed and a determined expression while facing her husband. The husband looks ashamed and apologetic in the background. In the background, overturned snack bowls and scattered guests can be seen in the living room through the doorway. The lighting is warm kitchen lighting mixed with cooler evening light, creating a tense but empowering atmosphere. Style: cinematic realism with focus on domestic drama and personal strength.
РАССКАЗ:
Ирочка внимательно разглядывала гладильную доску, стараясь не поднимать глаза на маму мужа. Лариса Анатольевна в очередной раз решила «поделиться мудростью».
— Ирочка, смотрю-ка на тебя и вижу, что замужняя жизнь пошла тебе на пользу, — голос мамы звучал до приторного сладко, а глаза горели лукавством.
Невестка напряглась, но промолчала, наблюдая за реакцией мужа на слова матери. К её разочарованию, Витя даже не слушал — всё его внимание было приковано к экрану телевизора.
Мама тем временем проследила за её взглядом и хмыкнула:
— Вот видишь, мой сын на тебя даже уже не смотрит. А всё почему? Потому что нужно за собой следить, Ириш. Не пихать в рот всё подряд, а по чуть-чуть. У тебя ещё и предрасположенность — мамка твоя вон как раздалась.
Ира покрепче сжала в руках утюг, борясь с желанием применить его против мамы мужа. Мысленно она уже превращала ту в мопса — пусть бы хрюкала, тогда и было бы не так обидно.
— Мой вес, Лариса Анатольевна, не изменился со дня замужества ни на грамм, — сказала она спокойно, не поднимая глаз от гладильной доски.
— Милая, я бы тебе поверила, если б была слепая. Но так… прости. Ты же на руки свои посмотри — кольцо-то как впивается!
— Да оно изначально маловато было! — возмутилась Ира.
А мама выгнула бровь:
— Ну, милая, ты не ищи никаких оправданий. Лучше возьми себя в руки и займись этим делом. Делай хоть что-то, а то не ровён час — муж найдёт себе постройнее.
И тут невестка не выдержала:
— А я, как погляжу, у вас прямо психологическая травма с тех пор, как от вас муж сбежал к молодухе. Тоже на весе грешите.
Она оглядела маму мужа с ног до головы:
— Нет, вас сколько ни корми, только кожа да кости. А вот яду — пару литров есть. От того, видать, вы и злая такая, Лариса Анатольевна. Потому что вечно голодная.
И пока мама пыталась подобрать слова для ответа, добавила:
— Вы мой вес не трогайте. Меня всё устраивает. А если вам завидно, так вы мне шепните — я вас покормить могу.
— Витя! Ты слышал?! Нет, ну ты скажи — ты слышал, что твоя жена мне сказала только что?! — взвизгнула Лариса Анатольевна и метнулась к сыночку, заслонив своим телом обзор телевизора.
— Мам, отойди, ну не видно же ничего, — буркнул Виктор.
— Что это такое?! Эта дрянь меня оскорбляет! Почему ты молчишь?! А ну скажи ей хоть что-то!
Виктор лениво повернул голову в сторону жены. Та пожала плечами:
— Ир, а ужин скоро?
— Скоро, я позову. А вам, Лариса Анатольевна, настоятельно рекомендую — лечите нервы, пейте витамины и протравите-ка гельминтов. А то что-то вы на людей уже стали бросаться.
Хлопнула входная дверь. Мама ушла, не прощаясь.
Ира накрыла на стол и позвала мужа. Знала, что придёт не сразу — сперва дождётся рекламы. Так что села и поела одна.
Перед мамой мужа стыдно не было. Достала она её своими намёками на лишний вес. Не живётся ей спокойно — не к чему прицепиться, так вот и ищет хоть какие-то изъяны. Ира долго отмалчивалась, не желая усугублять, но всему есть предел. Её терпение закончилось сегодня.
Хорошо хоть муж не вмешивался. То, что он всё слышал, женщина знала наверняка — краем глаза наблюдала за ним и видела, как он косится на свою мать и супругу.
Когда Витя сел за стол, Ира уже закончила трапезничать и домывала посуду. Ну а после все мысли о ссоре с мамой мужа вылетели из головы — вечером у неё дел хватало, и они заняли всю её без остатка.
Зато мама напомнила о себе через неделю, позвонив Васе и позвав того в гости — якобы для того, чтобы помог, ибо сама она не справляется.
— Мама сказала, что никак без мужских рук, — оправдывался Василий, зная, что Ира будет недовольна. Ведь ей он тоже пообещал помочь.
Но жена, к его удивлению, спокойно кивнула:
— Иди, дорогой, помоги. Я и сама справлюсь.
С её стороны это был способ показать маме мужа, что она не держит на неё зла и продолжать конфликт не собирается. Но Лариса Анатольевна, видимо, не оценила порыв невестки — сына стала звать к себе чуть ли не каждый день.
И ладно бы только это. Но нет — Вася стал возвращаться от матери с каждым днём всё чернее. Ира сперва не поняла, что с мужем что-то не так, списала на усталость. Ведь думала, что муж у мамы не сидит без дела.
А потом… что говорится, грянул гром.
Было раннее утро. Ира готовила завтрак, а Вася отсыпался, так как от матери вернулся поздно. Настроение у неё было хорошее — день солнечный, она ещё вчера по акции купила рыбку красную вкуснейшей засолки.
Подсушив себе тост и выложив на него тонкие слайсы рыбки, она села за стол и потянула носом аромат свежезаваренного кофе. Хлеб приятно хрустнул, когда она впилась в него зубами, и Ира зажмурилась, наслаждаясь моментом.
И именно в этот момент на кухню вошёл Вася — растрёпанный, в растянутой майке и семейных трусах. Его блуждающий взгляд задержался на тосте, потом переместился на Иру.
— Доброе утро. Будешь? — улыбнулась женщина.
— Не, не буду. И тебе не советую. Ира, ты зачем столько хлеба ешь? Куда оно в тебя влазит? Ты скоро в дверь будешь боком входить.
Он ворчал ещё что-то, но Ира уже не слушала. Она молча убирала в сторону и без того скромный тост. Аппетит пропал, как и настроение. И даже солнце за окном померкло и больше не радовало.
Она встала и, не говоря ни слова, вышла.
На работе всё валилось из рук, а мысли то и дело возвращались к утренней ссоре. Было обидно, что муж, наслушавшись свою мамашу, так несправедливо её обидел. В том, что именно мама приложила к этому руку, Ира даже не сомневалась. Свежа была память, как женщина её обижала почти теми же словами. Видать, решила отомстить теперь за то, что невестка не смолчала и дала отпор.
После такого даже домой идти не хотелось. Но делать нечего — рабочий день подошёл к концу, и пришлось возвращаться.
Благо, Вася был занят и на неё не обратил никакого внимания. Он разговаривал с кем-то по телефону, и Ира невольно услышала, о чём:
— Матч будем смотреть у меня… не, Ирка не против будет. Пацаны с жёнами придут, так что ей скучно точно не будет. Готовить? Не, я закажу доставку — так проще. Ну всё, договорились. Жду тогда завтра к шести.
Она сделала вид, что не в курсе, а сама приняла решение, как и когда отомстить за свою обиду. Это будет идеальный момент, после которого Вася либо поймёт, что не во всём нужно слушать и потакать матери, либо их брак закончится. Поскольку Ира не позволит унижать себя.
О том, что придут гости, муж сообщил ей только ночью, когда уже легли в кровать:
— Ты же не против?
— Да нет, что ты. Пусть приходят.
Муж и правда заказал доставку, но немного не рассчитал и потратил все деньги, что были на карте. И естественно, по закону подлости, им не хватило алкоголя. А ещё оказалось, что у Василия закончились сигареты, без которых он жизни не мыслил.
— Жена, дай денёк. Пока перерыв — сгоняю в ларёк и куплю пивка и покурить, — протянул он руку к супруге.
А та вдруг перевела взгляд на подруг и кивнула в его сторону головой:
— Ну а я что говорила? А вы мне — хороший муж, золото, береги его. Что тут беречь? Пузо с этим пивом вон какое отрастил, ночами меня им пихает с кровати и пыхтит, потому что прокурил уже все лёгкие. А денег видите сколько заработал? Хватило аж на одну доставку. Так что, девочки, не делайте выводов, не узнав всей правды. И это я вам ещё не рассказываю о его отношениях с мамой — там вообще всё печально.
Вздохнула и утёрла невидимую слезу, краем глаза заметив, как покраснел Вася.
Гости попритихли и все ждали, что же будет дальше.
— Ира, что на тебя такое нашло? С чего ты при людях такое…
Она вскинула подбородок:
— А что, правда в глаза колет? Или мне молчать прикажешь всю жизнь? Меня ты горазд попрекать лишним весом, а сам? Ничего, что я тебе пуговицу на штанах и пиджаке перешиваю раз в месяц? Нет? Что ж ты только мои килограммы считаешь?
Мужчина вскочил на ноги, позабыв и про футбол, и про то, что на коленях стояла миска с чипсами. Они рассыпались по полу, но никого это не волновало — все ждали развязки.
— Да я же о тебе беспокоился! Лишний вес — это ведь плохо!
Женщина прищурилась:
— А где ты его нашёл, этот лишний вес? Ты меня взвешивал?
Василий замолчал и опустил глаза.
— Что ж ты затих? Давай расскажи людям, что наслушался свою мамашу полоумную и прицепился ко мне ни за что. Чего молчишь? Так ведь и есть!
Гости загомонили и стали переглядываться. Один из друзей мужа посмотрел на него и покачал головой:
— Вась, ну что ж ты так? Юрка ведь не толстая у тебя.
Женщины поддержали дружным недовольным гулом. Футбол был окончательно забыт. Гости стали расходиться.
Ира тоже ушла, проигнорировав желание мужа поговорить.
— Наговорил уже, спасибо, — обронила и вынесла из спальни подушку и одеяло.
— Ты что, тут собралась спать? — удивился муж.
А жена фыркнула:
— Ещё чего! Тут, дорогой, спишь ты и будешь спать до тех пор, пока мы не решим, что делать дальше.
— В смысле, что делать, Ир? Ты что?
— А то, Васенька. Я не собираюсь терпеть такое отношение ни от тебя, ни от твоей мамы. Так что ты подумай. Времени тебе до утра — или утихомирь Ларису Анатольевну, или подадим на развод и осчастливишь её этой новостью.
Спальню для надёжности она закрыла на щеколду и даже к собственному удивлению спала как убитая.
А проснулась от аромата кофе и корицы, который просочился в закрытую комнату. В кухне её ждал Вася — выбритый, серьёзный и слегка виноватый. На плите — турка, на столе — чашка и тарелка с синнабонами, в вазе — её любимые цветы.
— Ого, приятно. Но кажется, ты сам говорил — мне нельзя мучное.
Глаза мужа забегали:
— Ир, ну прости. Я всё понял, был не прав. Наслушался мать… Я к ней уже съездил. Обещаю — подобное не повторится.
Она выгнула бровь:
— А это она тебе так сказала, и ты поверил?
— Это я тебе говорю. А мама… мама пока со мной не разговаривает. Так что и в гости в ближайшем будущем не придёт. А если рискнёт, то я тебе обещаю — молчать не буду. Ты мне веришь?
— Нет, не верю. Но я готова дать тебе шанс.
Он кивнул и протянул супруге руку.
Да, мама бушевала, ему пришлось на неё накричать. Но зато он сохранил свой брак, и жена его простила. Но впредь он постарается не расстраивать её больше, ибо не особо ему понравилось слушать о своих недостатках при посторонних.